Величественный Фырк удивленно пискнул и взмыл в воздух, подлетая к главному герою. Заметив его присутствие, великолепный существ из мира мифов радостно взмахнул хвостом, приглашая на новое приключение. Встреча с этим необычным существом навевает ощущение загадочности и неопределенности, где правда за пределами известных законов....
Похоже, «Лекарь Империи 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я не стал ничего говорить. Просто встал, подошел к ней сзади и положил руки ей на плечи. Слегка сжал, давая понять, что я здесь. Что я рядом.
Она несколько секунд сидела неподвижно, как статуя. А потом ее плечи дрогнули. Один раз, потом второй. Она опустила голову, и я увидел, как по ее щеке скатилась одинокая слеза.
Я молча развернул ее стул, опустился перед ней на корточки и взял ее руки в свои.
— Как только он звонит, — тихо, почти беззвучно сказала она, глядя куда-то в сторону, — мне всегда его так жалко.
Она сделала паузу, судорожно вздохнув.
— Но я всегда потом жалею об этом. Каждый раз."
"Ее голос был полон такой горечи, что она перекрывала и жалость, и любовь, и все остальные чувства.
— Почему? — мягко спросил я.
Она посмотрела в сторону, и ее голос стал глухим, отстраненным.
— Мой отец… не самый приятный человек, Илья.
Я в этот момент понял, что «не самый приятный человек» — это колоссальное преуменьшение.
И я понял, что моя задача сейчас — не задавать больше вопросов.
Это была не просто недоговоренность. Это был симптом. Классический симптом человека, который годами строил вокруг своей боли защитную стену, кирпичик за кирпичиком.
И что сделает любой лекарь, столкнувшись с такой застарелой, воспаленной травмой?
Он не будет ломиться в эту стену, рискуя обрушить все на голову пациенту.
Моя поддержка сейчас — это и было то самое обезболивающее. Мое молчание — это стерильная повязка. А доверие, которое я должен был заслужить, — единственное лекарство, которое могло помочь в будущем.
Давить, требовать подробностей — значило бы только одно: проявить не заботу, а жестокое любопытство. И навсегда потерять ее доверие. А я собирался эту проблему решить.
По-настоящему.
А для этого мне нужна была она вся — ее боль, ее страх, ее воля. И получить это можно было только одним способом — став для нее местом, где наконец-то безопасно.
Я притянул ее к себе и крепко обнял.
Она уткнулась мне в плечо, и я почувствовал, как напряжение понемногу отпускает ее. Мы сидели так несколько минут в полной тишине. И я понимал, что в этот момент мы стали еще ближе. Не из-за страсти или романтики. А из-за доверия.
