В реанимации терапевт стойко смотрел в окно на Шевченко — человека, который только что почти умер от острой инфекции. Его тело дрожало, а провода и трубки пропитывали его ткань. Японская эпидемия набирала обороты, и каждый день выводило больше пациентов за границу или в могилу. Здесь я позиционировал себя как диагноста, но внутри я ощущал горечь и растерянность, словно копейка, вылетевшая из кошелька больного....
Похоже, «Лекарь Империи 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Не упирайтесь, барон, — я сказал это почти с сочувствием, которое в тот момент и испытывал. — Вы ведь прекрасно знаете, что я прав. Я могу вас вылечить. Если вы только дадите мне такую возможность.
— Что ты хочешь? — злобно прохрипел он.
— А я разве не все уже сказал? — я спокойно посмотрел на него. — Я хочу, чтобы вы оставили в покое сержанта Лисовского, позволив ему и дальше честно выполнять свою работу. Возможно, он единственный в этом городе, кто делает так, как надо, а не отпускает преступников, которые сами приходят в бар, закатывают скандал и напрашиваются на то, чтобы им немного почистили лицо.
— Да как ты смеешь! — взвился Альберт.
— ХВАТИТ! — барон Ульрих фон Штальберг тяжело поднялся со стула. В его глазах была такая тоска и усталость, что весь его гнев показался напускным. — Он… он, черт возьми, прав.
Он посмотрел на меня, и в его взгляде читался неподдельный интерес.
— Как тебя зовут, лекарь?
— Илья Разумовский. Центральная городская больница города Мурома.
Лицо Альберта, который до этого пыхтел от злости, вдруг вытянулось. Он что-то вспомнил.
— Отец… — испуганно произнес он. — этот парень… он сегодня на экзаменах был. Единственный, кого магистр Демидов хвалил. Он ответил на все вопросы, даже на тот, с подвохом, на который никто не смог. Ходили слухи… что он вылечил ту безнадежную больную, которая полгода в коме лежала.
— Это… племянницу Магистра Воронцова, что ли? Волосенкову? — подал голос до этого молчавший полковник Семенов.
Барон резко обернулся к полковнику. И внимательно на него посмотрел.
— Ваше благородие, это правда?
— В наших кругах, — тот опустил взгляд, словно оправдываясь, — давно ходит информация по этой больной. Вы же понимаете, гильдийские, инквизиторы, полиция, — мы все постоянно пересекаемся.
