В реанимации терапевт стойко смотрел в окно на Шевченко — человека, который только что почти умер от острой инфекции. Его тело дрожало, а провода и трубки пропитывали его ткань. Японская эпидемия набирала обороты, и каждый день выводило больше пациентов за границу или в могилу. Здесь я позиционировал себя как диагноста, но внутри я ощущал горечь и растерянность, словно копейка, вылетевшая из кошелька больного....
Похоже, «Лекарь Империи 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но с этим, увы, придется смириться. Так бывает. И, если быть до конца честным, у инквизиции действительно нет против нее прямых доказательств. А твоя уверенность, при всем моем к тебе уважении, может быть и ошибочной.
— Я не ошибаюсь, — твердо сказал я. — Я знаю, что это была она.
— Верю, — неожиданно кивнул он. — Но нашу веру к делу не пришьешь. Так что брось. Закрыли тему. Лучше скажи, как дела во Владимире? Хвастайся рангом.
Я молча достал из кармана халата твердую, темно-синюю папку с гербовым тиснением Гильдии.
Шаповалов взял диплом в руки. Я видел, как он внимательно, почти придирчиво, рассмотрел печать, проверил подписи. Несколько секунд он молча смотрел на документ, а потом на его лице промелькнула редкая, почти незаметная, но искренняя улыбка.
— Ну, наконец-то, — он с удовлетворением кивнул.
"Я удивился.
— А вы откуда его знаете?
— Да встречались пару раз, — он отмахнулся.
— А вы как узнали о том, что случилось сейчас? Во Владимире?
— Разумовский, область у нас маленькая, а закрытый чат областных заведующих отделениями — и того меньше, — Шаповалов усмехнулся. — Думал, у нас тут все по старинке, с почтовыми голубями? У нас все новости распространяются со скоростью света.
— Какой еще чат? — я невольно улыбнулся.
— А, потом расскажу, — он отмахнулся. — Так что, твой диагноз подтвердился?
— Подтвердился. У него была феохромоцитома.
— Ого! Это сильно, — кивнул он. — Ну ты молодец.
Я вкратце, опуская самые драматичные детали с дракой и арестом, пересказал ему историю с бароном.
