В кабинете анестезиолога за столом с распечатками и графиками сидел молодой, худощавый врач-анестезиолог. Я постучался и вошел без приветствия, вызывая его внимание. Воронов поднял умные глаза на меня. Его реакция сразу меня запомнила.
Похоже, «Лекарь Империи 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Смотри, как она на него зыркнула! Будто он ей не просто соль в сахарницу насыпал, а всю семью вырезал!
— Фырк! Ну что за сравнения? Прекращай!
— Как скажешь, двуногий. Но я же прав.
Я взял у Фролова листок с результатами, отвлекаясь от этой странной, молчаливой сцены. Пробежал глазами по цифрам.
Моргнул.
Прочитал еще раз. Медленнее.
И почувствовал, как по спине пробежал холодок. Уровень салицилатов в сыворотке крови — двадцать миллиграммов на децилитр. Верхняя граница нормы — тридцать. Токсической же считалась концентрация от трехсот и выше.
То есть, формально, его анализы были в пределах абсолютной нормы.
— Ну что там? — Алина, которая, видимо, заметила, как изменилось мое лицо, с нетерпением заглянула мне через плечо.
Она увидела цифры, и ее лицо мгновенно преобразилось. На нем расцвела торжествующая, ядовитая улыбка.
— Что, Разумовский⁈ Ошибочка вышла⁈ — она почти пропела это. — Нет у пациента никакого отравления! А ты⁈ Ты уже льешь ему в вены чистую щелочь! Ты хоть знаешь, что такое ятрогенный метаболический алкалоз, гений⁈ Судороги! Остановка дыхания! Кома! Ты чуть не убил его своим «блестящим» лечением!
Она победно посмотрела на Фролова, который растерянно переводил взгляд с меня на нее, потом на пациента, который, услышав все это, испуганно вжался в подушку.
Я молчал, держа в руках этот дурацкий листок. Что-то здесь было фундаментально неправильно. Клиническая картина — классическая, как из учебника. Реакция на лечение — мгновенная и абсолютно типичная.
Но этот анализ… он перечеркивал все.
— Эй, двуногий! — Фырк, который, кажется, единственный не поддался панике, запрыгнул мне на плечо. — Не слушай эту ведьму! Ты что, не видишь⁈ Пациенту же стало лучше! Прямо на глазах! А это значит, что твой диагноз — правильный, а эта бумажка врет!
Конечно, я был прав. Но как, черт возьми, это доказать? Как такое вообще было возможно? Диагноз — правильный. Лечение — правильное. Значит…
Значит, неправильным был… Анализ!
Но как?..
— Валентин, — я снова повернулся к пациенту, полностью игнорируя торжествующую Борисову.
— Да, лекарь, точно! — испуганно закивал он. — Целую пластинку за день уговорил, голова трещала.
— А сегодня утром? Может, хоть одну таблетку?
— Нет, что вы! Утром уже так плохо было, не до таблеток…
Я задумался.
Период полувыведения салицилатов из организма — от двух до тридцати часов, в зависимости от принятой дозы.
