В мрачном госпитале империи, где жизнь тщательно охранивалась, он не шевелился, словно в забытьи, глядя на монитор с отрешенной душевной пустотой. Но я понимаю, что время иссякло, и приходится действовать решительно. Я положил руку ему на плечо и уверенно отодвинул его в сторону, заняв место оперирующего хирурга. Уважение к пациенту не должно мешать срочности ситуации — я протянул руку за скальпелем, произнося слова с холодным безучастием....
Похоже, «Лекарь Империи 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Раз ты не против, я приму приглашение Артема! — решительно продолжила она так, будто я только что дал ей официальное разрешение.
А я должен был быть против? Кажется, я пропустил какой-то важный этап в этом разговоре.
Она придвинулась ближе, ее тон стал серьезным и заговорщицким."
"— Но расскажи, какой он? Ну, как парень, а не как лекарь? Что любит? Что ненавидит? Есть какие-нибудь странные привычки? А девушки у него были? Почему расстались? Он вообще романтик или больше прагматик? Как он относится к детям? А к животным? А к родителям девушки?
Так, сбор анамнеза на Воронова Артема.
Следующие десять минут я методично, как на консилиуме, отвечал на непрерывный поток ее вопросов. Любимая еда Артема (стейк средней прожарки), хобби (коллекционирует старинные медицинские инструменты и читает дешевые детективы), музыкальные предпочтения (классический имперский рок), отношение к алкоголю (пьет крайне редко, предпочитает хорошее вино или водку), спорт (плавание по утрам в городском бассейне).
Все это я узнал, когда мы с ним были вместе во Владимире.
— Давай, двуногий, выкладывай все! — ехидничал Фырк. — А про тот случай, когда он на корпоративе пытался танцевать на столе, расскажешь? А про его дурацкую привычку разговаривать со скальпелями перед операцией?
— Такое похоже только ты помнишь, — мысленно усмехнулся я. — Я такого не видел.
— А ну да, — заржал Фырк.
А Кристина продолжала:
— А кошек он любит? — это был явно самый важный вопрос из всех.
— Обожает. У него в детстве было три кота одновременно.
— Отлично! — Кристина буквально расцвела. — У меня всегда были кошки. Если бы он не любил кошек, у нас бы точно ничего не вышло.
Значит, вот он, ключевой критерий отбора. Не интеллект, не надежность, не чувство юмора. А отношение к кошачьим. Учту на будущее.
Она еще минут десять расспрашивала о всяких мелочах, вроде любимого цвета и отношения к ранним подъемам, потом резко вскочила, взглянув на часы.
— Спасибо, Илья! Ты настоящий друг!
И, не сказав больше ни слова, она убежала, оставив меня наедине с забавным ощущением полной растерянности.
Настоящий друг… Кажется, меня только что «френдзонили», даже не пытаясь завязать отношения. И, честно говоря, это лучшее, что могло случиться.
— Поздравляю, двуногий! — раздался в голове голос Фырка.
