Внутри кармана дрожало недовольство. Он цинично улыбался своей победе. Сверкающий замок перед ним словно насмехался над невезением рядом стоящей девушки. Крики ярости и просьбы отворить стекло наполняли воздух, а холодные слова за окном только усиливали гнев.
И извиниться, и объяснить, что надежды артефактора тщетны. Что после ужасного поступка герцога, после злополучного поцелуя и нападения о мужчинах я думаю исключительно в отрицательном ключе.
Через день после торжества, когда часть моих сумок была разобрана, и я перестала путаться в бесконечных этажах, крыльях, комнатах, я решилась на выезд. Сообщила обо всем Уэйду, а тот меня... не пустил.
Застал в дверях и перекрыл дорогу.
— И как это понимать? — недоумевала я. — Я теперь пленница?
— Саммер, это не плен, — пояснил он напыщенно.
— К господину Граему, разумеется, — тихо ответила я, представляя реакцию мужчины. — Я хочу забрать артефакты и побеседовать с ним.
Реакцию предугадала. На лицо господина Блэка упала тень.
— И это мы, кажется, обсуждали. Я сам все заберу.
Я не заметила, как за нашими спинами образовался хозяин дома.
— Верно, Уэйд, — подал Его Светлость голос, давая себя обнаружить. — Если тебя не затруднит, поезжай прямо сейчас, иначе наша гостья не выдержит.
Хоть мы и начали «жить» вместе, но градус напряжения между мной и Александром только рос. Я согласилась на все условия, приняла их, но не радовалась обстоятельствам. К тому же сильно злилась на главу Лавенхейма, всячески это показывая. Проще говоря, капризничала.
Не ныла насчет убранства или еды. Это было бы совсем глупо, но бубнила, что устала сидеть в четырех стенах (а стен было предостаточно), мне нужен свежий воздух, свобода, и чтобы меня не преследовал цербер Его Светлости.
— Еще бы, — пробурчала себе под нос. — Целых два дракона охраняют. Как своей лавой не захлебнулись, диву даюсь.
— Вы что-то сказали? — господин Бриленд поддернул бровь вверх.
Мотнув головой, обреченно вздохнув, я вернулась в выделенную мне комнату. Не в спальню, а в ту, где планировала работать. Едва вижу физиономию герцога, как хочется взорваться. Лучше убраться, пока мы снова не наговорили друг другу гадостей.
"У двери крутился Энтони, дергая за латунную ручку. Это помещение его манило похлеще шкафчика со сладостями в кухне. Ведь в «лабораторию» за один короткий день я умудрилась втащить склянки, котелок, пробирки и прочую чепуху, нужную в исследованиях. Стащила все из госпиталя, а господин Уоррен не возражал. Полагаю, с ним провели разъяснения, отчего я спешно кидаю инвентарь в коробки.
Увы, уборкой заняться не успела, выдохлась, но сегодня планы состояли именно в этом.
