Автор
В мраке веков возвращается доктор из будущего — Лекарь. Ученик Авиценны и современного медицинского мастерства. Странное имя и загадочная сила чаруют, а магическая атмосфера открывает дверь в мир неизвестного и остроумной науки.
Я отделался от него в Лондоне перед тем, как нашел тебя.
Они оба огорченно посмотрели друг на друга.
– Ты, впрочем, далеко не дурак. Ты хороший парнишка, с тобой нет хлопот, и свою работу ты проворно делаешь. Но ведь и коня, и повозку, и этот самый дом, и мясо, что свисает с балок, я сумел купить вовсе не потому, что учу мальчишек, которые не приносят мне никакого дохода. К весне ты станешь жонглером, иначе придется тебя где-нибудь оставить. Понял?
– Да, Цирюльник.
Кое-что хозяин мог ему показать. Велел жонглировать тремя яблоками, и острые хвостики кололи Робу ладони.
– Видишь? – учил он мальчика. – И это маленькое отличие ведет к тому, что яблоко, уже зажатое в руке, не мешает тебе поймать и удержать следующее. – Роб быстро выяснил, что с шариками получается точно так, как и с яблоками. – Вот теперь кое-что у тебя получается, – сказал ему Цирюльник с надеждой в голосе.
Рождественские праздники подкрались как-то незаметно.
– Мы что, уже одна семья? – хмыкнул Цирюльник. Но не стал возражать, когда она предложила взять с собой только мальчика.
В маленькой сельской церквушке-мазанке толпилась уйма народа, поэтому там было теплее, чем в любом другом доме промозглого Эксмута. После отъезда из Лондона Роб ни разу не был в церкви, и теперь с жадностью вдыхал напоминавший о многом смешанный запах ладана и людской толпы. Он целиком погрузился в мессу, которая всегда утешала и успокаивала его.
Из церкви они пошли прямо к столу: Цирюльник зажарил на вертеле гуся, начиненного сливами и луком.
– Если у человека есть гусь на Рождество, то и весь год станет он зарабатывать деньги, – убежденно заявил Цирюльник. Эдита улыбнулась в ответ.
