— Валентайн, мы уже выслушали ва…
— Вот помру, кто вас на путь истинный наставит? — продолжал ворчать тот. — Ничего сами решить не можете, — махнул он посохом так, что едва не ударил им другого жреца.
— Ваша праведность, нам бы брачный обряд провести, а спорить можно потом хоть весь день, — Эрер тронул за локоть самого бородатого.
Жрецы перевели взгляд на нас, словно увидели только что. Особое внимание привлекла Шельма, но та вела себя образцово, всем видом показывая, что она — воспитанная киса, и в храме шалить не будет.
А вот я со своим огромным букетом почувствовала себя несколько неуместно. Подношения Геста принимала молитвами и слезами, а сорванные цветы казались почти кощунством. Нет у людей ничего, кроме искренности и любви, в чём нуждалась бы бессмертная богиня.
— Валентайн, по праву старшего вы можете провести обряд. Вы сами говорили, что в вашей ритуальной книге осталась одна последняя строчка… — учтиво предложил бородач.
— Строчка есть, да не про вашу честь, — сварливо ответил тот. — Это для кого надо строчка, а этих… — он скользнул по нашим фигурам мутным старческим взглядом, — забрачуйте сами.
Мне отчего-то стало смешно.
— Если нас сегодня не поженят, я даже не расстроюсь, — шепнула Эреру, подбадривая его.
Он очень сильно волновался, хотя и старался этого не показывать.
— А мне всё равно, где и как это случится, лишь бы случилось.
Наконец жрецы изволили прекратить обсуждения и споры, выбрали того, кто не смог увернуться от постигшей его чести бракосочетать нас, и пригласили внутрь. Шельма важно прошествовала за нами, потом понюхала основание алтаря и оглушительно чихнула.
Мне стало неловко, и я потянула её к себе, а старик Валентайн трескуче рассмеялся:
— Чихнувшая на свадьбе кошка — к миру и согласию в семье! Это примета верная, так ещё бабка моя сказывала.
Стоило только оказаться у залитого лучами Гесты каменного алтаря, как мне стало не до насмешек — в груди затрепетало уже знакомое чувство мистического восторга. Мы с Эрером держались за руки, а бородатый, основательный жрец раскрыл свою книгу и важно посмотрел на нас:
— Представьтесь, пожалуйста.
— Эрер Прейзер и Таисия…"
"— Лаптева, — тихонько подсказала я, потому что называться чужим именем при свете луны казалось кощунством.
— Документы?
Эрер протянул наши паспорта.
— Так, а разрешение от родственников невесты? — посмотрел жрец на меня.
— Так невесте тридцать семь, ваша праведность, — харизматично улыбнулся Десар. — Просто сохранилась неплохо.
Жрец несколько раз посмотрел сначала в документы, а потом на моё лицо, пока я старательно изображала женщину среднего возраста и изрядной побитости жизнью.
— Наш жених предпочитает женщин постарше, — кашлянул Ячер.