Автор
Энцо Кардинали - типичный человек-шлягер среди веселых и шумных вечеринок. Но сегодня он решает избавиться от этого образа, устроив себе настоящий перерыв. Стоя в углу мрачно освещенной гостиной с неудовольствием взирая на разгуливающуюся толпу, Энцо вдруг чувствует слабость. Этот день - начало кардинальной перемены в его жизни....
И с чего бы он начал возражать? Он ведь знает, что я вернусь к нему.
– А твой сын останется здесь?
Матильда разозлилась, услышав осуждение в его словах. Да, она совершила ошибку по отношению к Энцо. Но брак с Генри и проведенные в нем четыре года, когда она строила счастливый дом для своего сына, не были ошибкой.
– Я что-нибудь придумаю, – холодно отрезала она. – Это никак не скажется на тебе или Саймоне.
– Нет, скажется, если ты собираешься уезжать на каждые выходные, чтобы ублажать своего мужа.
– Почему? – не сдержалась Матильда.
Глава 5
Матильда стояла перед ним, сцепив руки. Ее кудрявые волосы цвета огня и страсти струились у нее по плечам, но ее серые глаза оставались холодными, как горный туман.
Наконец она была здесь. В его доме. В комнате, которую он приготовил специально для нее.
И говорила о своем муже и о том, как они пламенно любили друг друга.
Энцо не понимал, почему ее слова так сильно задевали его. И какое ему дело до того, что она любила Сент-Джорджа? Ведь он считал, что любовь – это выдумка, по крайней мере, он не встречал доказательств ее существования.
Какая разница, где будет находиться Матильда? Если ее отсутствие не скажется негативно на Саймоне, оно не скажется также и на Энцо.
Но его разбирала злость.
Да, он ревновал. Но к чему? С момента их расставания прошло четыре года, и Энцо не мог понять, почему она все еще небезразлична ему.
– Я не ревную, – холодно возразил он. – Мне вообще нет никакого дела до того, чем ты там занимаешься со своим мужем. Я беспокоюсь только о Саймоне.
– Как будто мои мысли заняты чем-то другим, – отрезала Матильда, и ее щеки слегка зарумянились.
Неужели он все-таки добрался до нее?
– Ага. Ты так заботилась о своем сыне, что не потрудилась рассказать ему о его родном отце. – Ему хотелось заставить ее страдать. Чтобы она испытала ту же боль, что и он.
– Да. Я думала, так будет лучше для него.
– Ложь. Ты думала только о себе.
Ее глаза сверкнули холодной сталью.
– Может, ты и прав. Может, так оно и было.
