Автор
В холодной комнате, где только что была шутка о присланном конверте, теперь витает таинственный воздух. Тело тревожно сжимается от предчувствия, когда муж открывает ДНК-тест. Улыбка на его лице исчезает, заменяясь недоверием и растерянностью, как будто мир вот-вот развалится....
По какой-то нелепой причине мне становится ужасно стыдно. Я с Бутенко-то и не работала толком. Пару месяцев, когда мне после четвертого курса меда повезло попасть на практику в его отделение, вряд ли можно принимать во внимание. Потому что уже в конце августа я попала под машину, загремела в травму, еле выжила (спасибо Юре), а потом по закону жанра влюбилась в своего спасителя и выскочила за него замуж. Да и кто бы на моем месте в него не влюбился? Молодой, красивый, талантливый… На него облизывались все медсёстры и пациентки в возрасте от пяти до ста.
С грохотом открываю ящик, достаю шикарное блюдо из китайского фарфора и принимаюсь выкладывать на него мясо.
– Любовь Павловна хотела на горячее подавать камбалу.
– Кхм, – как мне кажется, смущенно откашливается тот и ведет широкой пятерней по затылку. – Не думал, что это что-то конфиденциальное.
Я сухо киваю. Сгибаю злосчастную бумагу в несколько раз и сую в карман брюк.
– Это просто шутка. Не берите в голову.
– Эля…
– Пойдемте уже к гостям? Поможете донести? Я еще хотела достать кимчи.
– Да, да, конечно, – хмурится Георгий Борисович. Послушно забирает блюдо с мясом из моих рук и, смерив меня еще одним странным взглядом, выходит. Боже мой! Что он обо мне подумал?! Вот что?
Я бы, может, расплакалась от бессилия, если бы в этот момент в кухню не примчался Мишка.
