Автор
В холодной комнате, где только что была шутка о присланном конверте, теперь витает таинственный воздух. Тело тревожно сжимается от предчувствия, когда муж открывает ДНК-тест. Улыбка на его лице исчезает, заменяясь недоверием и растерянностью, как будто мир вот-вот развалится....
Море отвечает мне звонким плеском волн и заунывными, пробирающими до костей китовыми песнями.
Время переваливает за полночь. Народ постепенно расходится. Оставляя меня практически в полной темноте. Потому что одно дело, когда берег освещает двадцать фонариков, и совсем другое, когда их всего два.
– Все без толку. Он не жилец.
Сцепив зубы, обхожу по дуге сдавшихся. Вытираю предплечьем нос и снова захожу в воду. Китенок уже не фырчит, не вздыхает, но он ведь еще жив!
– Эля, доченька, бросай ты это.
– Надо. Но я еще побуду, пап.
– Ты одна его не спасешь. У него вообще не было шансов.
– Ну, хоть попытаюсь. А вы идите. Вам ведь тоже на работу.
И он уходит, да. А я таскаю соленую воду ведрами. Не замечая усталости и течения времени.
– Ветеринара не вызывали?
Юркин голос заставляет меня на секунду окаменеть. Я не уверена, что готова к разговору с ним. И не понимаю, как он здесь очутился.
– А толку?
– Ну, хоть Вере позвонить. Она же биолог.
– Поздно ведь, – нерешительно закусываю губу.
– Звони. Я пока тебя подменю. Ты едва на ногах держишься."
"В отличие от других, Юрка не просит меня все бросить и не пытается внушить, насколько утопична моя затея. Он просто становится рядом со мной. Плечом к плечу. И это как будто бы придает силы. И веры… В него, и в то, что все получится.
– Аккумулятор в фонаре почти сдох.
– Скоро рассвет.
– Выхода нет, – шепчу я.
– Что?
Молчу. Не повторять же строчки из песни, которые вдруг пришли на ум. Слизав слезы, набираю номер Веры. Она отвечает после пятого гудка.
– Эль? Привет. Что-то случилось?
– Да. Прости, что побеспокоила, но…
Торопливо выкладываю последние новости, отмечая, что темнота как будто и впрямь стала менее плотной. Еще чуть-чуть, какой-то час, и солнце вынырнет из воды.
– Вообще вы все делаете правильно.
– Но этого недостаточно. Он почти не дышит, Вер. Может, можно еще что-то сделать?
– Без крана его не сдвинуть. А кран туда не подогнать. Замкнутый круг получается.
– Ч-черт, – злюсь я. – И прилив начнется, дай бог, через два часа.
– На него тоже не стоит слишком рассчитывать. Там они небольшие.
– Гадство! – пинаю тапкой выступающий из песка валун. – Как китенок вообще тут очутился?!
– На самом деле для этого может быть масса причин.
