Автор
В холодной комнате, где только что была шутка о присланном конверте, теперь витает таинственный воздух. Тело тревожно сжимается от предчувствия, когда муж открывает ДНК-тест. Улыбка на его лице исчезает, заменяясь недоверием и растерянностью, как будто мир вот-вот развалится....
В обычно размеренном и холодном голосе Матиаса проскальзывает неприкрытая злость. И она до того мне созвучна, что глаза застилает алым. В котором весьма органично смотрятся борочные театральные интерьеры.
– Я с ним поговорю. Ничего пока не делай, ладно?
– Ладно. Ты не подумай, я ему предлагал решить этот вопрос полюбовно. Рассказал о результатах расследования, показал гребаные образцы, что они, бляха муха, целехоньки, и предложил огромную денежную компенсацию, но ему не это, кажется, надо.
– А что?
– Тебе лучше знать.
– Нашего.
– Прости, Эль, но судя по тому, как он себя ведет – твоего.
Каждый раз, каждый гребаный раз мне почему-то кажется, что больнее уже не будет. И каждый раз убеждаюсь в обратном.
– Я поговорю с ним и отзвонюсь.
– Буду признателен.
Когда я нахожу Веру в переполненном буфете, уже дают третий звонок.
– Прости, дорогая, мне нужно срочно домой.
– Случилось что-то?
– Да.
– Я могу чем-то помочь?
Отрицательно качаю головой и даже делаю несколько шагов к выходу, когда вдруг щелкает:
– А вообще да, Вер. Ты можешь мне сказать, не продала ли ты еще свою квартиру? Если… Если нам с сыном придется куда-то уйти, мы можем рассчитывать на тебя?
ГЛАВА 20
ГЛАВА 20
Кажется, пробуждение еще никогда не было настолько тяжелым. Встряхиваюсь, открываю глаза. За окном сгустился туман. Отсыревшие под кондиционером простыни холодят тело.
Жаль только – ехать некуда. Верина квартира, на которую я так рассчитывала, оказалось, давно сдана.
Сглотнув мерзкое дребезжание в горле, иду в ванную.
