— фыркнув, сузила глаза и брезгливо продолжила: — Я бы не стала это есть, даже голодая неделю. Жри эту мерзость сам!
— Паштет из морепродуктов нынче мерзость? — Матвей, появившийся за плечом Сорвэя, вмешался как никогда некстати. — Ты же любишь морепродукты. А креветки? А мидии? Ты ж от восторга пищала тогда, в санатории.
— Это было давно и неправда!
Да куда ж ты лезешь, дурак?!
— А вино? Ты знаешь, сколько стоит эта бутылка?
— Да плевать мне, сколько стоит эта бутылка! Я вообще алкоголь не пью!!! — заорав уже на обоих, поняла, что ещё немного и прибью их тут же. Они что, издеваются? Да я из кожи вон лезу, чтобы приворот снять!!! — Сами ешьте и пейте! Устройте себе романтический ужин на двоих, а меня оставьте в покое!!!
Хлопнув дверью так, что едва не снесла её с петель, зажмурилась, лишь бы не сделать чего непоправимого. Плохо… так плохо мне не было уже давно. Это были не гормоны, а нечто… невообразимое! Казалось, своим вмешательством в психику Сорвэя, я что-то повредила в своей и сейчас элементарно психовала даже на несущественную мысль. Без разницы о чём.
Господи, за что мне это всё?!
— Но Риночка… — подняв руку, чтобы снова робко постучать, мужчина услышал приглушенное девичье рычание и опустил, так и не решившись, а затем грустно пробормотал: — А как же ужин?
— Ничего. Пусть поголодает, ей полезно. — не зная, как себя вести в такой ситуации, Матвей мысленно плевался и матерился. Аринка! Идиотка безмозглая! Вот придет в себя великий и ужасный префект, он же от тебя мокрого места не оставит! Да его сам легат в свое время за жестокость в исполнении приказов побаивался! И ведь не посмотрит, что они троюродные кузены! Его за компанию прикопает!!! Дер-р-рьмо-о-о…
— Она такая худенькая… — с тоской рассматривая закрытую дверь, Сорвэй всё никак не хотел отходить. Не хотел. Не мог. Эта девочка… она в мгновение ока стала самым дорогим ему существом! Бесценным! А он ещё вначале сомневался! Не хотел у родича отбирать… Да тут без сомнений! ЕГО! ТОЛЬКО ЕГО!
— Тебе кажется. Всё, давай сюда. — попытавшись потянуть тележку на себя, Матвей тут же отскочил, когда воздух перед его пальцами рубанули блестящие от яда бэлты. — Сдурел?!
— Тьфу! Да плевала на тебя Риночка!
— А ну, поф-ф-фтор-р-ри…
Замерев, когда спустя буквально минуту из гостиной донесся дикий вопль, моментально узнала по тону Матвея. Какого черта? Они что там, мидии поделить не смогли?
Открывая дверь уже под затихающие хрипы Матвея, не могла поверить своим глазам.