В начале IX века безвестный воин Зимобор покидает Смоленск в поисках славы и доли в чужих землях. Богиня судьбы дарует ему дар всегда побеждать, но требует страшную цену. Перед героем встает выбор между честолюбием и любовью, между воинским долгом и человеческим счастьем.
Раздел Chitat.online для книги «Лес на той стороне. Книга 1: Золотой сокол» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В начале IX века безвестный воин Зимобор покидает Смоленск в поисках славы и доли в чужих землях. Богиня судьбы дарует ему дар всегда побеждать, но требует страшную цену. Перед героем встает выбор между честолюбием и любовью, между воинским долгом и человеческим счастьем.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В начале IX века безвестный воин Зимобор покидает Смоленск в поисках славы и доли в чужих землях. Богиня судьбы дарует ему дар всегда побеждать, но требует страшную цену. Перед героем встает выбор между честолюбием и любовью, между воинским долгом и человеческим счастьем.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Надо было идти в усадьбу, раздеваться, мыться и перевязываться. Надо…
Мертвых складывали в ряд, и прямо с краю он вдруг увидел Свояту. Тело лежало на боку, как положили, когда принесли с корабля, шлем был сдвинут как-то странно, наполовину закрывая лицо. От какой же мелочи в бою зависит жизнь! Сползший шлем на миг закрыл обзор – и ты покойник. Лопнувший шнурок, крохотная кочка, лужа крови, на которой ты поскользнешься, – и твой удар пройдет мимо цели, а чужой достанет тебя. А человеку так мало надо, чтобы из живого стать мертвым!
Потом лежали двое или трое свеев из дружины Бранеслава, а потом Зимобор заметил знакомое белое лицо и завиток русой пряди, выбившейся из-под шлема. Хват лежал, раскинув руки, прямо на груди его кольчуга была порвана, на колечках засохла кровь. Зимобор остановился. Хотелось окликнуть, разбудить, поднять… Чтобы он снова подмигивал девушкам, азартно спорил по делу и рассказывал о пьяных приключениях, которых сам, протрезвев, не помнил и только с чужих слов мог передавать: «Мне рассказывали, что это сделал я…»"
"Привыкнув с детства жить в дружине, Зимобор и полотескую Столпомирову дружину воспринимал как родную семью, каждый из этих парней был его братом. Даже видя эти тела, он еще не верил, что Своята, Хотеня, Зверь и другие никогда уже не встанут, что во время утренних упражнений он уже не услышит громкого голоса Хвата, говорящего отрокам, куда направлять удары: «Голова – бедро, голова – бедро! Ниже, под щит бей! Смотрите, Невеля про стойку вспомнил!» Да, особенно жалко Хвата, который так спешил жить и так мало успел. Но это все. Он навсегда останется здесь, храуст гардск хирдман, отважный славянский воин.
В конце концов оказалось, что из славянской дружины уцелела половина. Кривичи сражались храбро, но, непривычные к морским боям, понесли большие потери. Из трех десятников выжил один Зимобор – Тихий получил тяжелую рану в голову и к вечеру тоже умер. Человек десять остались невредимы или почти невредимы, и к ним Зимобор причислял и себя. Его единственная рана над локтем оказалась неглубока, и он надеялся, что вовремя принятые простые меры пусть и одарят его небольшим ожогом, все же уберегут от заражения крови. Двадцать пять человек уцелело у Доброгнева, который отдал Зимобору под начало тех шестнадцать, что остались от бывших трех десятков – его, Хвата и Тихого.
– Ты хорошо сражался, я же знал, что ты ничем не хуже нас! – с одобрением говорил ему Хродлейв, которого Зимобору было очень приятно увидеть среди уцелевших. – Ты мог бы даже вступить в дружину конунга!
– Сва эр вист, ват ман варда? – отвечал Зимобор, пытаясь улыбнуться. – Конечно, почему бы и нет?
Но на самом деле он еще плохо понимал, что говорит.
