В дремучем лесу, где ночь крепче стены, начинается ночной обряд. Надпись в воздухе таинственно светится, предвещая загадочную сюжетную переплетуху. Здесь и сейчас, мистика тесно связана с человеческой судьбой, открывая двери во что-то необъяснимое.
Причём, моя фантазия придумала, чтобы ударная часть после нажатия кнопки могла вылетать на цепочке от пожертвованного кистеня, увеличивая радиус поражения на сорок сантиметров. На другой стороне оружия двадцатисантиметровое металлическое остриё. Здесь тоже небольшое усовершенствование — после нажатия кнопки из древка на пружинах выщелкиваются два упора, встающие перпендикулярно стволу. Нечто похожее на русскую рогатину, чтобы насадившийся на остриё противник не смог продвинуться вперёд.
Даром Одина стала точка приложения силы — умение с длинным и немного странным названием, за которым скрывалась противоречащая физике системная особенность.
Не прямо «ах какая вундервафля», но заполучил очередную цэшку с даром, могущим преподнести неприятный сюрприз попавшему под его действие. Полученная прочность IV — это оружие практически невозможно разрушить, необходимое дополнение к ударному оружию с таким свойством.
Я отсыпал Одину эф-ранговых кинжалов, частично избавился от балласта. После обретения накопителя системных очков, паковать опыт перестало быть насущной проблемой.
Следующим предметом вооружения для улучшения стала F-дубина. За одиннадцать F-мечей, три F-топора и три Е-кинжала она подняла ранг до Е, обрела прочность IV и свойство возврата прямо в руку с расстояния не более пятидесяти метров — глушить и ронять врагов.
Последним улучшенным предметом стал клевец, обретший свойство возвращаться в карту из любой точки Системы за десяток очков.
Несмотря на бухтение и ворчание, недовольным и ограбленным Один не выглядел, получил свою прибыль, молодец.
Пора начинать преодоление пределов. И выходит, что сегодня смогу преодолеть только один, в накопителе осталось шестьдесят ОС — на миссии с чёрными пауками многие из врагов умерли от несистемного оружия, растранжирили очки. Зато сохранили жизни.
