— Веся… — прошептал аспид.
«Поклянись! — потребовала я. — На крови!»
Замер аспид, затем задышал тяжело, и спросил ожесточенно:
— Это ты из-за слов, что я эфе сказал, так, Веся?
«И из-за них тоже, — правду ответила. — Клятва, Аедан, я жду твою клятву».
Но клятвы не было. Аспид на коленях стоял перед постелью моей, передо мной, на руки свои черные глядел, на кинжал вострый, на ладонь, что сейчас кинжалом изранить должен будет, и… и молчал. Долго молчал. Слишком долго.
А затем тяжело, медленно, словно валуны громадные с натугой ворочая, произнес, на меня не глядя:
— Врата Смерти. Ты узнала о них, не так ли?
Отвечать не стал, лишь повторила требовательно:
«Аедан, дай мне клятву!»
Усмехнулся, а затем, резко вскинул голову, на меня поглядел так, словно действительно видит, да и произнес:
— Цена уничтожения врат Смерти — жизнь аспида. Ты узнала об этом. Не знаю как, не ведаю даже, и представить не могу каким образом, но ты узнала. А еще ты, боюсь, очень многое узнала обо мне, и, кажется, поняла, что себя я убить готов, а вот у другого аспида жизнь отнимать не стану. И это так, Веся, я не стану. Никогда. Но и оставить врата Смерти я не могу, ведь рано или поздно печать будет сорвана и мертвые хлынут в этот мир, уничтожая его. Смогу ли я тогда остаться в стороне? Нет, Веся, я не смогу.
И убрав кинжал в ножны, он достал пузырек с серебром, почти не глядя вылил часть его в воду, затем, опустил в него белые лоскуты бинтов, обильно смочил, затем отжал, и поднявшись, пересел в изножье моей кровати, откинул одеяло, приподнял край сорочки, простонал, увидев мои израненные ноги, вздохнул тяжело, потянулся за мазью целебной, и обречено стал наносить ее на раны, полностью игнорируя меня.
— Ты не ведьма, ты поганка ядовитая! — прошипел взбешенно, но при этом очень бережно к каждой ранке прикасаясь. — Надо было не так разговор повести, Веся, совсем не так. Надо было сразу сказать — «я, аспидушка, даже тело свое белое да нежное отдать тебе готова в самых позах бессовестных, только ты живи, морда чешуйчатая, живи главное».
«В самых бессовестных не готова!» — мгновенно вспылила.
— Да ладно, — окончательно психанул аспид. — А коли соглашусь клятву дать, тогда как?
Тогда… замолчала я тогда.
— А что, может и зря отказался, — язвительно Аедан произнес. — Ну-ка, зови сюда Лесю, пусть продемонстрирует процесс зачатия во всех его вариациях, глядишь, я от возбуждения и не только на такую сделку пойду, а то от воздержания, знаешь ли, уже с головой явный непорядок начался.
«А то хоть когда-то порядок был, — съязвила растерянно».