Но это уже было не мое дело — чтобы дать полноценный бой за пределами Заповедных территорий у меня не хватало ни сил, ни знаний, а чародейки уже смекнули, что им до меня не добраться.
— Ну, с этим разобрались, — решила я, глядя, как улепетывают в портал чародейки.
— Навродь разобрались, — согласился леший.
— Тады пошли дальше воевать, — порешила я, и ударом клюки оземь открыла тропу Заповедную.
Но до «воевать» мы не добрались. До позднего вечера мотались по лесу да яру замеряя рост тех лесопосадок, в которые влила я силу чародейскую. На первый взгляд ничего особенного не заметили, на второй тоже, и даже на третий, но это не остановило — хватало одного взляда на лешего, чтобы понять, что просто не будет.
Водя как меня увидал, хотел было по поводу моего исчезновения с ярмарки да наглого поведения аспида высказаться, но получил линейку измерительную и ринулся к себе рост водорослей, рыб, да особливо кракенов измерять. Хотя вот за кракенов боялись мы менее всего, они сами по себе магией сотворенные, им любые мутации нипочем.
Итого к ночи для войска моего опять устроили пир, а я сидела в избушке своей за новым столом, на новом стуле, который не грозился рассыпаться от любого неосторожного, да читала книги чародейские, попивая чай с молоком. Живность, что Водя мне на ярмарке купил, леший к Ульяне да Саврану отправил, мне то она ни к чему. Корова оказалась дойная, так что мне Ульяна передала молочка свежего, и оказалось так я за парным-то соскучилась.
Головы не поднимая, спросила устало:
— Лешенька, аспид еще не приходил?
А следом услышала, как хмыкнул кто-то знакомо, и улыбнулась, стараясь улыбку скрыть.
Агнехран же обошел стол, подошел со спины, обнял и склонившись к самому уху прошептал:
— Пришел уже. Что-то передать хотела?
— Хотела, — не удержалась от тона игривого я.
— Говори, — теплые губы коснулись щеки моей, — все передам, из уст в уста, как говорится.
Обернулась, содрогнулась, да и прямо спросила:
— Аспидушка, это ты страшнее стал, или мне в свете свечей такое причудилось?
— Страшнее стал, — честно признал Агнехран. И добавил как-то многозначительно:- Спасибо за медальон.
Тут уж мне совсем не по себе стало. Подчеркнула место, где читала, книгу захлопнула, развернулась к аспиду да и спросила встревожено:
Не отвечая, Агнехран сел за стол, затем не долго думая, отодвинулся, меня вдруг подхватил, на колени к себе усадил, да и спросил, проникновенно глядя мне в глаза глазами своими змеиными:
— Ведьмочка моя, склонная к разного рода экспериментам, ты что со мной сделала?
Ну, промолчала я. Откуда мне знать, что я с ним сделала?
— Не знаешь? — догадался Агнехран.
— Не-а,- честно созналась.
— Так я и думал, — трагически созналось чудище. — Что ж, бывало и хуже.
— Правда? — заинтересовалась я.