— Жива, — тихо ответила я, — что ж мне сделается-то?
— И то верно, — усмехнулся водяной.
А я вдруг поняла — не оборачивается то он намеренно. Хуже того — только я ближе подошла, так и вовсе отвернулся, чтобы лицо его не увидела.
— Вооодь, — позвала напряженно.
— Не отвлекай, — мрачно потребовал водяной.
И я уж было встревожилась, да только вождь Далак, что тут со всеми убирался ходил, ошметки от одеяний навкар подбирая, да оружие всяческое, крикнул:
— Я ему сразу сказал — шрамы настоящего мужчину только украшают, но он заартачился, во время боя на глаза вам, госпожа ведунья, вообще не показывался.
Я водяного обошла, в лицо ему взглянула, да и содрогнулась невольно — а кто бы не содрогнулся, обнаружив отсутствие половины лица уже почти родственного.
«Наговорил тебе вчера. Виноват был. За тобой и пошел, как успокоился, а тут бой. Помнил твои слова, про то что силой навкары питаются, на расстоянии держаться старался, но когда леший твой упал… Прости, я вмешался».
Вздохнул, вновь глаза закрыл и, скверну вымывая, так же мысленно сказал:
«Лицо восстановится, ты же знаешь».
«Знаю», — так же мысленно сказала я.
— А ты молодец, — произнес неожиданно вслух. — Они все козыри на стол не то что выложили — вывалили, а ты лес удержала в целости да полной сохранности. Никто бы не смог. Не уверен, что я бы с таким ударом справился, а ты выдержала. Вот тебе и ведунья-недоучка.
— Друзей у меня много, да друзья хорошие, вот и выдержала, — сказала как есть.
— Решимости у тебя много, да готовности защищать свое до последнего, а еще смекалки хватает и ума, вот ты и выдержала. Не принижай своей победы, Веся, они силы лет сто копили, не меньше, да и ума не приложу, где можно было столько навкар держать, чтобы такое-то количество накопить, а ты справилась. Просчитала все, вампиров собрала и справилась.
Прав Водя был, мы справились, только почему-то у победы этой вкус горьким был, таким что хоть вой. И вот стою я по щиколотку в воде студеной, повсюду гомон, разговоры, смех, кто-то ругается, что в подвале продуктохранилищном мука подмочена теперь, а меня другое тревожило.
— Говоришь, все карты-козыри выложили? Думаешь, больше нет?
Поглядел на меня Водя глазом единственным, задумался. Потом спросил:
— Искупаться не против?
— Нет, — стиснув клюку покрепче, солгала я.
И хлынула вода волной, да вода ключевая, ледяная.