На 8 июня 1944 года в квадрате 22–16 мир казался спокойным и забытым войной. Солнце жарило, ветер тихо шепелявил, стрижи в небе исполняли легендарные пируэты. Лес медленно переходил от осинника к березнику через светлую редкость деревьев. Проселочная дорога вырывалась на опушку, как змея, пронизывая лес и снова исчезала за ним....
Скалы оставались за спиной, впереди простирались перелески, начиналась чересполосица оврагов…
Никто не помнил, сколько они прошли и где сейчас находятся. Погони не было. Немцы боялись выходить из урочища, да и за кем гнаться? Можно представить, какая там сейчас паника…
Обессилевшие оперативники сползли в яму, окруженную елями. Сил не осталось. Наваливался тяжелый сон. Пленнику связали руки за спиной, скрутили ноги. Засыпали один за другим, даже немец сразу вырубился и захрапел. Возможно, впоследствии он и пытался развязаться, но попытки были слабые и неудачные.
Когда очнулись, уже смеркалось. Понемногу пришли в себя. Заворочался гауптман, зашелся кашлем. Ему развязали конечности и оставили в покое – не фашисты же. Он был настолько слаб, что вряд ли мог сопротивляться. Да и боль в ноге не позволяла ему шевелиться.
– Где мы? – Цветков поднял голову, недоуменно всматриваясь в темнеющее пространство.
– Ушли от урочища на восток, – предположил Павел. – Если пойдем на юг по дуге, то часа за два добредем до машины…
– Ладно, хоть так, – вздохнул Караган.
Цветков откинулся на траву, захрустел сухарями. Остальные с удивлением посмотрели на него.
– Ну, нет ничего другого, – жалобно сказал Николай. – А есть хочется. Теперь никто не будет спорить? – он ехидно подмигнул: – Можно и с сухарями воевать?
Через минуту уже хрустели все, даже немец не отказался от предложенной порции. Во фляжке осталась вода, ее пустили по кругу. Немец тяжело вздохнул, пробормотал «Данке».
– Гитлер капут? – на всякий случай спросил Караган.
Тот не ответил, опустил голову.
– С кем имеем честь говорить, герр капитан? – по-немецки спросил Павел. – Не хотите представиться?"
"– Капитан вермахта Алоис Фихтнер, – вяло сообщил пленник, – командир 4-й пехотной роты 29-го мотопехотного полка… Что вы хотите от меня? Я всего лишь армейский офицер…
– Нисколько не сомневаемся, герр Фихтнер, – учтиво отозвался Павел.
Немец угрюмо молчал.
– Не хотите усугублять, герр Фихтнер? Ваше убежище раскрыто. Что бы ни затеяло ваше командование, затея эта будет обречена на провал. Ваши солдаты погибнут.
