Диалоги о механизмах властных отношений в современном мире. Авторы раскрывают скрытые правила, которыми руководствуется мировая элита, анализируют пути карьерного восхождения и показывают, как личные амбиции переплетаются с глобальными структурами власти.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Диалоги о механизмах властных отношений в современном мире. Авторы раскрывают скрытые правила, которыми руководствуется мировая элита, анализируют пути карьерного восхождения и показывают, как личные амбиции переплетаются с глобальными структурами власти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Михаил Леонидович Хазин Деловая литература|Маркетинг, PR подборки серии
Диалоги о механизмах властных отношений в современном мире. Авторы раскрывают скрытые правила, которыми руководствуется мировая элита, анализируют пути карьерного восхождения и показывают, как личные амбиции переплетаются с глобальными структурами власти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Яков II незамедлительно распустил Лоялистский парламент и продолжил восстановление католицизма уже собственными указами. Теперь и виги, и тори оказались в одной лодке – за пределами королевской властной группировки. Уже в 1688 году общие интересы оформились в общие действия – группа заговорщиков во главе с уже знакомым нам лордом Денби и лондонским епископом Комптоном (оба тори), но с участием еще пятерых вигов (включая лорда, а позднее герцога Девоншира Уильяма Кавендиша, о котором чуть позже), направила письмо голландскому штатгальтеру Вильгельму Оранскому с предложением вторгнуться в Англию и сместить действующего короля. Не прошло и полгода, как Вильгельм Оранский откликнулся на приглашение, и «абсолютная монархия» Якова II рассыпалась как карточный домик[466]. В декабре Яков II бежит во Францию, войска Вильгельма Оранского вступают в Лондон, и в январе 1689 года в Вестминстерском дворце собирается парламентский Конвент[467] (Convention Parlament), которому предстоит решить, как Англии жить дальше.
Остановим наш затянувшийся пересказ английской истории, и посмотрим на сложившуюся ситуацию глазами собравшихся в палате лордов. Один раз – случайность, два раза – совпадение, но три раза – это уже привычка; эти слова из старого анекдота как нельзя лучше описывают события последних 50 лет. Раз за разом попытки установить хоть какое-то устойчивое правление – без разницы, единоличное или парламентское, – наталкиваются на действие неумолимых законов Власти. Монархии рушатся со смертью монархов, парламентское правление приводит к власти новых лидеров, рано или поздно превращающихся в монархов; все это непременно сопровождается войнами, мятежами и что самое неприятное – постоянным переделом должностей, привилегий и собственности. К 1689 году даже самые твердолобые из аристократов понимают, что этот безжалостный маятник, этот пожирающий одну политическую группировку за другой Бегемот способен качаться вечно – если, конечно, не попытаться его как-то остановить.
Но как это сделать? Какая сила способна противостоять самой Судьбе, раз за разом ввергающей Англию в пучину революций? Собравшимся на Конвент лордам нужны были не общие рассуждения о «мулке» или о «доблести», а конкретные, проверенные практикой рецепты, которые можно пустить в дело прямо сейчас. Пожалуй, впервые за все существование человеческой цивилизации[468] противоборствующие властные группировки отложили в сторону проверенные инструменты Власти (улыбки и кинжалы) и предъявили спрос на технологии государственного Управления. Силой, заставившей властные группировки отказаться от вечной войны за Власть (и перейти к вечной борьбе за Власть более мирными средствами), оказался банальный инстинкт самосохранения[469].
Читатель.