Летний дворец — читать онлайн бесплатно полностью

Его сердце колотилось. — Тебе нравится? Теперь они наши, — Слово «наши» по-прежнему казалось слишком смелым. Он видел зеркальное отражение собственных ощущений в Лорене — застенчиво неловкого перед столь горячо желаемым.

— Мне нравится, — сказал Лорен. — По-моему, они прекрасны.

Пальцы Лорена снова сплелись с его — маленький интимный жест, переполнивший его сердце тихой радостью.

— Я нечасто думаю о ней. Только когда прихожу сюда.

— Ты не похож на неё.

— Да?

— Её статуя на Иосе… в ней всего три фута.

Уголки губ Дэймена дрогнули. Он знал эту статую, возвышающуюся на постаменте в Северном зале.

— Здесь тоже есть её статуя. Пойдём, познакомишься с ней.

Могло показаться глупым это его иррациональное желание показать её Лорену. Он вздрогнул — они пришли к арке, за которой открывался сад.

— Беру свои слова назад, ты весь в неё, — сказал Лорен, глядя снизу вверх. Здесь статуя была определённо больше.

Дэймен улыбался; было радостно наблюдать, как Лорен открывает новые стороны самого себя — юношу, в котором оказалось столько нежности, веселья и порой неожиданной искренности. Приняв решение впустить Дэймена, Лорен больше не отступался от него. Когда его воображаемые стены вновь поднялись, Дэймен остался внутри них.

Но когда Лорен остановился перед статуей его матери, в воздухе повеяло чем-то более серьёзным, словно принц и статуя молчаливо беседовали друг с другом."

"В отличие от Патраса, в Акиелосе было не принято раскрашивать статуи. Его мать, Эгерия, смотрела на море мраморными глазами, хотя у неё были тёмные волосы и глаза, как и у него самого и у его отца. Он увидел её глазами Лорена: старомодное платье из мрамора, вьющиеся волосы, её стать, классические черты и величаво протянутую вперёд руку.

Дэймен вдруг осознал, что не знает, какого роста была его мать в действительности. Он никогда не спрашивал об этом, и никто никогда ему не говорил.

Лорен сделал формальный акиелосский жест, который вполне соответствовал его хитону и обстановке вокруг, но резко отличался от его привычной вирийской манеры. У Дэймена мурашки пробежали по коже от ощущения странности происходящего. На Акиелосе было принято испрашивать разрешения родителей возлюбленного. Если бы всё сложилось иначе, Дэймен, возможно, преклонил бы колена в большом зале перед царем Алероном, прося права ухаживать за его младшим сыном.

Но не так всё было у них. Все их родные были мертвы.

— Я позабочусь о Вашем сыне, — сказал Лорен. — Я буду защищать его королевство, как если бы оно было моим собственным. Я отдам свою жизнь за его народ.

Солнце над ними стояло высоко, и тень манила укрыться от его лучей. Ветви деревьев вокруг них были насыщены терпким ароматом.

— Я никогда не подведу его. Обещаю Вам, — сказал Лорен.