Александр засмеялся; даже его ласковая рука на ее ягодицах смеялась.
– Аманда пошутила, что в ее паспорте могли бы написать: «Родилась не девственной», – продолжила Татьяна. – Ну, по крайней мере, я надеюсь, что это была шутка. И в этот момент я заказала десерт, чтобы избежать разговора. Однако они в меня вцепились, как львы в слабую зебру. Я просто ответила, что реально моим первым был ты, и все. А что я должна была сказать? Чего бы тебе хотелось? Что ты технически мой двадцатый?
Александр уже не смеялся:
– Чего бы мне хотелось, так это сменить тему.
Он гладил ее спину, целуя все ниже и ниже.
– Я и меняю тему! – С нехарактерным для нее раздражением Татьяна отодвинулась от него и села. – Я просто королева смены тем, Александр. Включая и такой вопрос: имелись ли тут некие мелкие технические подробности, которых я не заметила. Но я должна была что-то сказать, нет?
Он тоже сел.
– Да что с тобой, черт побери?
– Ничего. Ответь: ты хочешь, чтобы я лгала?
– Да просто скажи, что это не их собачье дело, Татьяна! Уйди из-за стола. Но так уж вышло, что ты сказала это Аманде, а она тут же сообщила Стиву, а тот поделился с Джеффом, и я внезапно обнаружил, что вечером в баре надо мной посмеиваются двое пьяных типов. Для них это избыточная информация, ты это понимаешь?
– Да что это за извращенная дружба и что это за извращенный мир! – воскликнула Татьяна. – Я не могу ответить на простой вопрос двум подружкам, потому что они тут же изобразят все по-своему двум животным, которых ты называешь своими друзьями? Викки все обо мне знает, и я уверена, она рассказала Рихтеру… Рихтеру, который сражался с Паттоном и Макартуром! И что, он насмехался?
– Так уж все устроено в этом конкретном мире. В этом мире помалкивай.
Татьяна откашлялась:
– В самом деле? Ладно, позволь спросить, как ты думаешь, должна ли я слышать от Аманды, что ты не хочешь, чтобы я работала и что ты хочешь второго ребенка, а я не хочу?
Александр прислонился к спинке кровати.
– Я такого не говорил… – Он помолчал. – Но тебя, уверен, не удивляет то, что мне хочется, чтобы ты бросила работу.
– О, это не удивляет. А что удивляет, так это то, что Аманда говорит со мной о моей личной жизни, которую ты обсуждал со Стивом, надо же, именно со Стивом! – Она заговорила громче.
– Я не обсуждал это со Стивом. Он как-то спросил, нравится ли мне твоя работа, а я сказал, что не так, как тебе. Вот и все, я не жаловался. – Он умолк, не глядя на Татьяну.
– Ты просто сказал это как бы случайно?
Теперь он поднял взгляд:
– Разве тебя удивляет, Таня, что я старался говорить небрежно?
Она глубоко вздохнула:
– Знаешь что? Я поверить не могу, что ты до сих пор не бросил эту работу.