На качелях; на игровой площадке; на качавшейся палубе дома-лодки; в сердце Большого каньона; в сияющем пансионе среди верескового поля. И еще – в прачечной «Майтэг», когда крутились стиральные машины.
Один счастливый день. А потом Александр снова хватался за волосы.
Позвонил Рихтер. Александр сказал:
– Мне плевать, даже если налетит цунами и смоет к черту весь Южный Вьетнам. Завтра ты меня отправишь.
А назавтра ливень прекратился. Солнце сияло, словно никаких дождей никогда и не бывало, словно земля не пропиталась насквозь водой. Стало жарко и душно. Александр вылетел на вертолете вместе с двумя молодыми рядовыми, только что прибывшими с базы Форт-Брэгг, и еще с двумя снабженцами и двумя сержантами. До Хюэ было три часа лета на север. Молодые солдаты пытались вовлечь Александра в разговор, но он смотрел вниз, на сплошную зелень, пытаясь следовать советам Татьяны, представлять сына под покровом деревьев и древних пагод, и разрушенных церквей, и руин французских католических дворцов, пытаясь найти тот дымный сигнал, поднимавшийся в небо. Зеленая масса выглядела слишком густой, чтобы вертолет мог сесть, но потом джунгли кончились, начались рисовые поля. Прямоугольные, аккуратно созданные человеком открытые места лежали в окружении далеких гор. Большая военная база симметрично обрисовывалась среди недавно скошенной слоновьей травы, в центральной части гор, и это был командный пункт специальной оперативной группы по оказанию военной помощи Вьетнаму в Контуме.
Рихтер ждал его. Александр не видел Рихтера со дня выпуска Энтони из Вест-Пойнта, прошло уже четыре с половиной года. Оба они были в зеленом камуфляже, носили на плечах офицерские погоны, оба были при оружии. Они уже начали седеть и стриглись по-армейски коротко, но Александр в основном оставался черноволосым, а Рихтер лысел.
– Жаль, что встречаемся при таких обстоятельствах, – сказал Рихтер. – Но, приятель, я все равно рад тебя видеть. – Они крепко пожали друг другу руки, коротко улыбнулись. Но улыбка Рихтера тут же погасла. – Пойдем, давай немножко выпьем и перекусим. Ты, должно быть, совсем вымотался.
– Вымотался от сидения на месте."
"– Понимаю. Ты не слишком это умеешь, да, майор? – Они зашагали от вертолета, и Рихтер покачал головой. – Надо же, сколько ты всего с собой прихватил! Ты просто с ума сошел. Ты же знаешь, что можешь взять все нужное здесь. Посмотришь на нашу оружейную. Команды наземной разведки на выходе вооружаются на медведя.
Александр кивнул, поняв эту «медвежью» метафору:
– Я же не знал, что вы так хорошо экипированы. Но я должен как можно скорее поговорить с тобой и лейтенантом специальной группы Энта, Том.
– Идем, – сказал Рихтер с видом легкой покорности.