Автор
Историческая сага о любви, рождённой в осаде Ленинграда. Татьяна и Александр, разлучённые войной, пытаются найти друг друга в послевоенные годы. Их судьбы переплетаются между Россией и Америкой, в борьбе за возможность быть вместе вопреки обстоятельствам и времени.
Раздел Chitat.online для книги «Летний сад» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Историческая сага о любви, рождённой в осаде Ленинграда. Татьяна и Александр, разлучённые войной, пытаются найти друг друга в послевоенные годы. Их судьбы переплетаются между Россией и Америкой, в борьбе за возможность быть вместе вопреки обстоятельствам и времени.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Историческая сага о любви, рождённой в осаде Ленинграда. Татьяна и Александр, разлучённые войной, пытаются найти друг друга в послевоенные годы. Их судьбы переплетаются между Россией и Америкой, в борьбе за возможность быть вместе вопреки обстоятельствам и времени.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Не надо – ты меня слышишь? – не надо пытаться продать это дерьмо именно мне!
– Уж извини, что я не выдаю тебе все тайны разведки! – взревел Рихтер.
– Ну, слишком поздно извиняться. Теперь мы должны поехать и найти Энта.
– О боже! – задохнулся Рихтер. – Так ты для этого сюда явился?
– А для чего же еще?
– Я не потащусь в Северный Вьетнам! – заорал Рихтер.
– Отправляемся завтра.
– Черта с два!"
"– Северный Вьетнам нарушал правила и дестабилизировал предположительно нейтральные страны с пятьдесят четвертого года, доставлял советское оружие в Южный Вьетнам, чтобы они могли убить тебя, – сказал Александр. – Устроили хаос в Лаосе, Камбодже, Таиланде, Папуа – Новой Гвинее. И ты боишься немножко нарушить правила? Они пятнадцать лет вооружают семнадцатую параллель и демилитаризованную зону с помощью якобы мирных деревень. Ты это знаешь лучше меня.
– Все верно, но это не демилитаризованная зона, это настоящий Северный Вьетнам, и ты понимаешь, что мы ничего не знаем об Энте! Мы совершенно ни хрена не знаем! Почему ты против того, чтобы сначала отправить разведчиков? Пинтер пошлет команду из семи человек, из лагеря в Дананге; по крайней мере так мы можем узнать то, что нам нужно. Что, если его там нет? Что, если нам понадобится сотня человек, чтобы вытащить его? Что, если нам понадобится всего один, чтобы принести его тело? Ты вообще подумал о такой возможности или нет? Господи прости, что он может быть мертв?
– Живым или в мешке, – решительно произнес Александр, – мы вытащим его из Северного Вьетнама.
– А если нет вообще никакой Кумкау, но я отправлю людей на вражескую территорию, и они там завязнут, а я не смогу объяснить, какого черта они там делали?
– Значит, ты думаешь, что, если своих людей пошлет Пинтер и они там завязнут, тебе от этого станет лучше? Энта не выведут, но двадцать парней Пинтера погибнут? Это лучше?
Оба они задыхались, глядя друг на друга, – двое мужчин пятидесяти лет, солдаты, бойцы. Оба уже теряли рассудок, не в силах поверить, что дело могло дойти до такого. Но оно дошло, и теперь нужно было что-то решать.
– Ты думаешь только о своем сыне, Александр. Но я должен думать обо всей команде. Я отвечаю за тысячу человек.
– Том, ты знаешь, что делают северные вьетнамцы и кубинцы с американскими солдатами.
– Кумкау близко к демилитаризованной зоне. В Ханое и рядом с Китаем кубинцев нет. Мы же не отправимся к Китаю, нет?
– Северный Вьетнам прямо нарушает все пункты Женевской конвенции, которую, кстати, он подписал.
