Лена сидела перед зеркалом, покрытым большими банзателями полотенцем, нежно нанося крем на лицо. Летними ночами она плохо спала, чувствуя нехватку времени для отдыха. Все так же в унисон срывались бурные мысли и желания действовать решительно, но все равно оставалось лишь забыться в ярких взглядах своих ночных партнеров....
Господи, жизнь такая короткая! Зачем ее разменивать на глупости и сомнения?
Данил вез ее по вечернему городу, на который, как это часто бывает на юге, очень быстро упали сумерки, по переполненным людьми улицам, и Лена наслаждалась.
В этот момент забылись все ее переживания, все страхи, и смущение.
Данил много чего натворил, конечно. Одни надписи на маяке чего стоят!
Но Боже мой! Она – взрослый человек! Она сумеет объяснить ему все без потерь.
Лена неосознанно крепче прижималась к Данилу, с удовольствием сцепив пальцы на его животе, чувствовала, как напрягаются мышцы пресса под ее ладонями, и еле сдерживала в себе прежнюю, прошлогоднюю бесшабашную Лену, так забавно развлекающуюся с молодым горячим байкером и не думающую о будущем.
Она, разглядывая жаркий южный город, полные людей улицы, зелень в парках, полоску моря впереди, с удовольствием подставляясь теплому ветру, полностью потерялась в ощущениях. Может, этого года не было? Может, это все сон?
А реальность – вот она.
Южный город, быстрый байк, ветер, рвущийся навстречу.
Летняя практика. Кричи, Лена.
Данил еще никогда так не волновался.
Кажется, даже когда первый контракт с партнерами заключил, добившись встречи с серьезной большой компанией-производителем и убедив их начать сотрудничество с его маленькой на тот момент еще оошкой, без году неделя на рынке.
Тогда было проще, ей-богу.
А тут…
Он шел к своей Лене Николаевне, застывшей у калитки и смотрящей на него так… По-учительски. Ух!
Строгая какая! Сейчас отчитывать будет, как совсем недавно.
Знаю, Лена Николаевна, знаю, накосячил. И даже не один раз. И даже не один десяток раз.
Но блин! Ну не смотри ты так! Ну не надо! Ведь от страха и волнения даже притормаживать начал!
Поймал себя на этом, правда, и тут же, нахмурившись, рванул вперед паровозом.
Так разогнался, что остановиться на приличном расстоянии не смог. Прижал женщину к калитке, навис, бессовестно пользуясь преимуществами роста и веса.
А вот так потому что! Что имеем, тем и пользуемся!
И только тут заметил, что строгая-то училка его дрожит, как зайка! И губки прикусывает свои красивые, чтоб не дрожали.
