Лена сидела перед зеркалом, покрытым большими банзателями полотенцем, нежно нанося крем на лицо. Летними ночами она плохо спала, чувствуя нехватку времени для отдыха. Все так же в унисон срывались бурные мысли и желания действовать решительно, но все равно оставалось лишь забыться в ярких взглядах своих ночных партнеров....
Вот только губы у Лены были другой формы, как-то посочнее что ли, и сама она поизящнее, потоньше, без дешевого вульгарного налета.
И волосы подлиннее…
Как от нее пахло тогда свежестью речной воды, вперемешку с жаром песка…
Так, стоп, бл*ть! Это уже не в ту степь куда-то…
Какого хера он вообще про нее вспомнил?
Не, нахер ее, нахер… Женаты и с детьми… Не наш вариант, не его.
Но как обломала его, виртуозно просто!
Скромная училка, ага!
Он-то думал, это он играет, а оказалось, наоборот.
Данил задумчиво втянул ароматный кальянный дым, забыв уже, что собирался поплотнее пообщаться с заинтересовавшей его девкой, и опять, уже в который раз за эти две недели, прокрутил в голове свое фиаско, гадая, где он просел.
Что удивительно, до Лены, Елены Николаевны, его бабы постарше не интересовали.
Да и ее возраст он не считывал. Тогда, в первый раз, на вечере встречи выпускников.
Пьяный был очень, просто удивился: красивая грудастенькая девочка. Стоит, смущается. Прикольно.
А она, оказывается, не девочка, а Елена Николаевна.
Потом увидел ее на улице, в мае. Они с парнями чего-то терли, несущественное, а она мимо прошла.
Красиво так прошла, задом повиливая в узкой юбке.
Он ее даже не узнал. Сначала. Проводил взглядом. Пощурился на аппетитный зад, порылся в памяти.
И пошел следом, не обращая внимания на прикалывающихся друзей.
И имя ведь ее вспомнил, хотя Таблетка тогда только один раз сказала, да и нажрат был изрядно.
Елена Николаевна. Лена.
Оказывается, люди еще ходят в библиотеку! В век интернета, когда все абсолютно можно получить, не выходя из дома.
В полумраке читального зала она казалась настолько далекой, неприступной и погруженной в свои мысли, что Данил, впервые в жизни, слегка напрягся и не смог просто подойти поздороваться.
Вышел на крыльцо, прикурил, посмеялся с удивлением над собой, а тут и она вышла.
На свету, само собой, она девочкой не выглядела. Да и неприступной сухой дамочкой тоже.
Особенно Данилу понравилась ее внезапная дрожь ресниц, когда она его вспомнила.
Сразу вспомнила, хоть и шифровалась.
Не, все-таки хватка у него, как у бульдога, ни одна девочка не забывает, если хоть раз с ним пересекается.
Солнечный мальчик, сука. Запоминающийся.
Дальше дело техники. Подхватить под локоток, не обращая внимания на неловкие возражения, проявить галантность, женщины это любят, проводить, не прекращая молоть языком.
