Лена сидела перед зеркалом, покрытым большими банзателями полотенцем, нежно нанося крем на лицо. Летними ночами она плохо спала, чувствуя нехватку времени для отдыха. Все так же в унисон срывались бурные мысли и желания действовать решительно, но все равно оставалось лишь забыться в ярких взглядах своих ночных партнеров.
Я педагог, я работаю с детьми! Я не могу так себя вести! Я не могу тискаться на улице с мужчиной, тем более так бесстыдно, я не могу подрывать свою репутацию такими ситуациями, которая была сегодня утром! Я понимаю, что ты скажешь, что это все дурость и, как ты там говоришь? «Херь»? Да, с твоей точки зрения это так. Но не с моей. Ты настаиваешь на своей точке зрения, не уважая мою позицию, просто продавливаешь меня!
- Лен…
- Сейчас ты чуть было не устроил драку. Драку, Данил! О чем ты думал, когда летел сюда? Ты меня совершенно не понимаешь, да? О каком будущем может идти речь? Ты не хочешь даже понять мою позицию. Не считаешь нужным это делать. Это разве взрослая позиция? Это позиция человека, который говорит, что я ему дорога?
- Лен…
- Данил… Я не хочу тебя видеть больше. Не делай мне еще больней, чем уже сделал.
Лена развернулась и пошла прочь.
Она очень сильно надеялась, что Данил понял ее и больше такого не повторится.
Лена прошла мимо Димы, Владимира, не сделавших попытки ее остановить, слава богу, ее основательно колотило, и хотелось только добраться к себе, лечь и забыть этот ужасный день.
Но внизу ее остановила хозяйка гостевого дома:
- Леночка, вот второй ключ от вашей комнаты. Для вашего жениха.
- Для кого?"
"- Для жениха. Данил, кажется? Такой, очень видный парень… Он просил сделать. И доплатил.
Лена молча развернулась и пошла наверх.
На сегодня с нее хватит.
Летняя практика. Ой, где я был вчера...
- Даня… Даня… Да-няааа…
Тихий, надоедливый стон на одной ноте вырвал из тяжелого забытья, царапая, словно пенопластом по стеклу, по воспаленному мозгу.
Данил слышал эту нудень сквозь сон и отмахивался, как от назойливой мухи, не желая выплывать на поверхность.
- Даааааняаааа…
- Отва…кхххх… су….кхааааа… - с голосом был тот же непорядок, что и с мозгами. То есть не было его, голоса. Только хрип внутриутробный, похожий на шипение зомбака не первой свежести.
- Даааааняаааа…
- Су…кхаааа…
- Мужики, может вы воды попьете? Так и разговор, глядишь, наладится?
Новый голос, незнакомый кстати, резанул сознание уже совсем бесчеловечно.
Очень громко. Су-каааа…
Данил попытался и от него отмахнуться, но, видно, слишком сильно махнул рукой, перевесил центр тяжести и свалился… Откуда-то. Ударился боком, задохнулся от боли и открыл глаза наконец-то.
И какое-то время моргал, пытаясь унять резь в воспаленных веках. И опознать, где это он.
А потом, когда понял, опять закрыл глаза. На долгих полминуты.
И начал подниматься.
