Ульяна провела день за закрытыми дверями своего кабинета, каждый документ требовал внимания и проверки. Время течёт так незаметно, что кажется меньше чем неделя, даже когда ты постоянно работаешь. Это второе лето в её должности директора, но каждая минута проходит как будто бы летом не существует....
– Он хлопнул рукой по материалам уголовного дела, подняв облачко пыли. – А это я возвращаю в архив.
– А-а-а… Я все поняла! – Марго с улыбкой прищурилась. – Еще тогда, год назад, я заметила, что ты волочишься за Улькой.
– Что есть, то есть, – без обиняков признался Богданов. – Волочусь.
– И что же? Весь этот спектакль ты устроил из-за нее?
– Она того стоит.
Чуть помолчав, Марго затушила сигарету и коротко бросила:
– Договорились.
– Вот и славно. – Богданов собрал разбросанные листки, стряхнул окурок и пепел в мусорку.
– Могу тебе доверять? – осведомилась Марго.
– Умею держать слово.
– Показания Мурашова отдашь?
Богданов вежливо улыбнулся:
– Пускай останутся у меня.
Сообразив, что большего ей не получить, Марго поднялась со стула:
– Меня отвезут домой?
Богданов крикнул:
– Гаврилов! – И, когда тот вошел в кабинет, распорядился: – Отвезите Маргариту Леонардовну домой. И да! Верните ей телефон.
Направляясь в свой кабинет, Ульяна пересекла вестибюль, вошла в коридор и там столкнулась с Ольгой Францевной, которая, смущаясь, спросила:
– Ульяна Сергеевна, мне бы хотелось знать, когда вернется Лурье?
– Не скоро, – ответила она.
– Станислава посадили в тюрьму? – трагически прошептала Руднева.
– Его задержали.
– Что же он натворил?
– Не могу сказать. Тайна следствия.
– Поняла. – Ольга Францевна развернулась, чтобы уйти, но в тот же момент к ней подбежала горничная.
– Он уехал!
– Когда? – строго спросила Руднева.
– Только что!
– Полотенце так и не отдал?
– Нет.
– Номер хотя бы сдал?
– Какое там! Собрался – и ходу.
– Напомни его фамилию.
Девушка достала из передника блокнотик и прочитала:
– Георгий Вяземский! – Она подняла голову и зачастила: – И, главное, такой молодой и такой нахальный!
Ульяна задержалась:
– Это случилось в тридцатом?
– Нет, в седьмом! – ответила горничная.
Ульяна помолчала, а потом уточнила:
– Вяземский – археолог. Все археологи живут в тридцатом.
Руднева развела руками и недоуменно заметила:
– Впервые об этом слышу.
– Я ему говорю: съезжаете, значит, сдайте номер. Так положено. А он мне – отстань. Тогда я говорю: подождите, белье пересчитаю. Вошла в номер, проверила – одного полотенца не хватает.
– Ирина тут же позвонила мне, – продолжила Руднева. – Я посоветовала спросить у отдыхающего…
– Вяземского, – подхватила Ирина.
