Давно не было такой сильной и чистой влаги как летний газированный напиток Прежней. Я сидел на лавочке рядом со спортивной площадкой, где играли подростки — будто молниями пронзали плясала серебряная Дарина в футболке и беговые сапоги. В это лето я был волонтером, помогающим детям учится, а не бросаться во все случайно попавшиеся в руки предметы....
При моем появлении Наська одновременно вытаращила глаза, попыталась спрятать пузырек с лаком и негодующим шепотом спросила:
– Тебя стучаться не учили? Между прочим, это моя комната, а я – девочка! Вдруг я была неглиже?
– Я же знал, что нет, – садясь на край кровати, ответил я. – У мамы лак сперла?
Наська кивнула и с гордостью произнесла:
– «Шанель»! Он засох, я его сама ацетоном развела… Ты сейчас Высший?
– Раз уж появился из ниоткуда… – уклончиво ответил я.
– Высший, – кивнула Наська. С гордостью сказала: – У меня подруга – Высшая, и брат – тоже Высший.
– Ну… более-менее… – опять ушел я от ответа.
– Колись! – потребовала Наська.
– Не скажу.
– Я сейчас позову ма… бабушку!
– Не позовешь, тебе за лак попадет, – усмехнулся я. – Ацетоном все провоняла, где ты его вообще взяла? Окно открой!
– Кто ты?
Я загадочно улыбнулся, поцеловал ее в лоб. Сказал:
– В любом случае ты помогла, спасибо. Ложись спать.
И переместился очень, очень далеко от Медвежьего переулка, Москвы и вообще родной земли.
Собственно говоря, земли здесь никакой не было.
Только вода.
Зато здесь был день и ярко светило солнце.
Я прищурился. По привычке, конечно. Не думаю, что меня сейчас ослепил бы свет ядерного взрыва.
Если бы я был географом, сказал бы, что нахожусь в точке с координатами 48 градусов 52 минуты южной широты и 123 градуса 23 минуты западной долготы.
Будь я романтичным географом, сказал бы, что нахожусь в точке Немо – самом удаленном от людей месте на планете Земля.
Будь я космонавтом из прежних времен, пролетал бы над этой точкой на высоте четыреста километров и грустно вздыхал, глядя на просторы Тихого океана, – в точке Немо люди затапливали космические станции, грузовые корабли и спутники.
Будь я биологом, отметил бы, что в этом месте крайне мало живности.
Будь я литературоведом, то отметил бы интереснейший факт: именно в этой точке писатель Лавкрафт когда-то поселил космическое чудовище Ктулху, спящее на дне океана в ожидании момента, когда оно сможет разрушить мир.
Я всего лишь Максим Воронцов, но во мне сейчас был мой Высший, и я знал все эти забавные факты.
