Никита Ивашов, бывший опер милиции, теперь служит сыскным воеводой при царе Горохе. Когда из царского сундука исчезают чертежи летучего корабля, он берётся за опасное расследование. От его мастерства и находчивости зависит спасение царства от грозящей ему опасности.
Раздел Chitat.online для книги «Летучий корабль» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Никита Ивашов, бывший опер милиции, теперь служит сыскным воеводой при царе Горохе. Когда из царского сундука исчезают чертежи летучего корабля, он берётся за опасное расследование. От его мастерства и находчивости зависит спасение царства от грозящей ему опасности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Никита Ивашов, бывший опер милиции, теперь служит сыскным воеводой при царе Горохе. Когда из царского сундука исчезают чертежи летучего корабля, он берётся за опасное расследование. От его мастерства и находчивости зависит спасение царства от грозящей ему опасности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Самое поразительное для меня заключалось в том, что все (даже церковники!) эту трактовку Святого Писания воспринимали безоговорочно. Нет, таким уж закоренелым сатрапом вроде Ивана Грозного наш Горох не был, но публичные казни в его правление были, чего греха таить, на большую площадь перед царским теремом временами выкатывали дубовую плаху, ставили помост и… Зачем я вообще все это говорю? Если честно, то судьба преступницы Олёны не выходила у меня из головы. Ее вина казалась очевидной, и даже самый мягкосердечный прокурор не нашел бы основания для послабления приговора. На счету этой девушки четыре трупа! Трое отравлены цианидом, одна заколота кинжалом. Побои, полученные мной и моими сотрудниками, тут уже не котируются. На «вышку» потянула бы и одна кража сверхсекретных чертежей, а смерть подружки царя… Горох собственноручно задушит меня, если я только заикнусь о «пожизненном заключении». И ведь самое смешное, что я практически готов это сделать…
Еремеев ждал меня на Колокольной площади, скучающий Митька топтался рядом. В храме он был, все, что мог, выяснил, кому-то, естественно, поугрожал тюремным заключением, но важную информацию выбил — отец Кондрат возвращается. По идее, вообще мог прибыть сегодняшним утром, но, видимо, что-то задержало в дороге. Жаль, его помощь могла бы оказаться неоценимой… В прошлом деле с Черной Мессой этот отважный поп, собрав целый хор местных батюшек, умолил святого Иоанна Воина вступиться за Лукошкино, и тот поразил своим копьем самого Вельзевула. Сейчас небольшое, компактное чудо тоже было бы очень кстати…
— Пора, сыскной воевода.
— Пора, Фома… — Я взглянул на наручные часы. — Давай уточним детали. Где Баба Яга?
— На соляном складе, по ее приказу три подводы солью битой доверху грузят. Будет здесь в аккурат к нашему выходу. Просила напомнить про подружку твою… Дескать, девка неглупая, так что долгих разговоров с ней не веди — раскусит враз!
— За это можете быть спокойны. Где у нас царь?
— Да вон на той крыше сидит, видишь — из-за печной трубы нога в сафьяновом сапоге выглядывает? Он себе самую длинную веревку взял, хочет первым на летучий корабль крюк забросить. Охотнички его, из ловчего отряда, по двое разместились, в шести местах прячутся.
— Правильно, при одновременной атаке мы его возьмем. Главное, чтобы канаты удержали корабль на то время, пока его будут закидывать кусками соли. А где твои?
— Десяток вон в том переулочке, с ведрами наперевес ждет. Еще дюжина с пищалями заряженными на соседней улице скрывается.
— Заряжали солью?
— Только солью, крупной, дробленою. Не сомневайся, участковый, старались, как могли…
— Из лавки точно никто не выходил?
— Ни души.
