Она поняла, что справа от нее и позади ее брата стоит фигура. Она повернула голову и всего в нескольких дюймах от стула Марса увидела безликую сущность в фиолетовой мантии, которую Блэк называл Доминусом. Темный провал на месте ее лица был обращен к ней.
Венера.
Говорил ли с ней этот фантом, или это был лишь голос внутри ее головы? Настоящий ли он, или порожденный ее собственным сознанием?
— На что ты смотришь? — с легким раздражением поинтересовался Марс.
— Что? — спросила она по-итальянски.
— Я спрашиваю, на что ты уставилась.
Ты словно увидела призрак.
— Здесь нет призраков, — ответила она на родном языке, хотя Доминус при этом не сдвинулся с места и не превратился в туман.
— Ты находишь наших гостей скучными?
— Да.
— Тогда уходи, если хочешь.
Нет, — раздался голос Доминуса, — non te ne andrai.
Ты не уйдешь.
Венера начала отодвигать стул от стола, но заколебалась.
У меня для тебя сообщение, — снова по-итальянски сказал Доминус. Она отвела взгляд и уставилась в свою тарелку.
Рослый англичанин все продолжал говорить, явно стараясь выиграть время, хотя Марс, похоже, искренне наслаждался его болтовней.
Послание, — сказал Доминус, и Венера вздрогнула. Это было на самом деле, или она падала в пропасть?"
"Она взяла вилку и повертела ее в руках, словно это было оружие против ее собственного разума или вторгшегося призрака.
— Что с тобой? — Голос Марса донесся откуда-то издалека.
— Ничего, — сказала она, но услышала, как дрогнул ее голос.
— Ты странно себя ведешь. Не можешь дождаться момента, когда эти двое войдут в твою особую комнату?
— Именно.
— Терпение, сестра. Я не доел и хочу насладиться беседой, которая не имеет отношения к семье.
— Поступай как знаешь, — ответила Венера. Однако, когда она начала подниматься, Доминус снова окликнул ее.
Венера. Ты обречена на неудачу.
Она снова опустилась на стул, сердце бешено заколотилось.
Марс заслушивался болтовней этого здоровенного ублюдка, а охотница на ведьм как-то странно смотрела на Венеру.
Великая госпожа Семейства Скорпиона подумала, что, если бы у нее был настоящий нож, а не этот нож для резки ветчины, она бы срезала морду с черепа этой сучки.
Как печально, — прошептала тварь. Может, это все же ее собственный голос?
Да, это был ее собственный голос, но казалось, что она слышит смесь из полудюжины голосов — женских и мужских — одновременно. Она опустила голову, уставившись в свою тарелку.
