Я так полагаю, что если супруг предпочитает удовлетворять свою похоть не с той, с кем он соединился в ЗАГСЕ, а с другой, с которой он не связан официальными узами брака, то и столоваться он должен тоже там. По крайней мере, такова логика ситуации. Или я, по-вашему, разумению не права?
Я прибыла в театр после работы. День выдался тяжелым, я провела несколько длительных и напряженных переговоров. И, как на зло, все неудачно. Воистину это был не мой день, давно я не терпела сразу столько поражений, хотя поначалу ни что их не предвещало. В глубине души я знала, почему это произошло: я была одновременно раздражена и рассеяна, мои мысли были не в порядке, все время возвращались к неясной ситуации с мужем. И это сильно отвлекало меня от дела, за которое я получаю зарплату. Вижу, вижу, вас давно интересует ее точный размер. Но уж извините, у нас, банкиров, этот факт не принято разглашать. Мы легко рассказываем о самых интимных деталях нашей жизни, что, кстати, я и делаю, но величину доходов, если и разглашаем, то только в суде. Да и лишь тогда, когда нет иного выхода.
Что-то я опять слегка отклонилась от темы. Я прибыла в театр после работы, так как решила, наконец, заняться изучением бухгалтерии. Мой опыт гласил, что иногда, чтобы спасти то или иное предприятие достаточно изменить финансовые потоки, которые часто имеют склонность направляться не туда, куда нужно для дела. Люди сначала расходуют деньги не по назначению, а потом сильно удивляются, что их вдруг не оказывается в нужное время и в нужном месте. Многим кажется, что они, как в сказке, которую я читала в детстве, где каша в горшке никогда не кончалась, должны поступать постоянно и в любых нужных им количествах. Я отлично знала, что мой муж во многом так к ним и относится; если у него есть деньги, он никогда их не считает, и может тратить до тех пор, пока они вдруг не кончатся. В течение нашей супружеской жизни такое случалось неоднократно, когда мы оставались без средств к существованию. Так бы все и продолжалось, если бы однажды я решительно не взяла инициативу в свои нежные, но умелые руки и стала жестко контролировать наши расходы. Сначала супруг сильно возмущался такой жесткой финансовой дисциплине, но потом смирился. Но при этом меня не покидало ощущение, что смирение это было притворным, что на самом деле он искал способы не изменять своим вредным, но таким приятным привычкам.
