В комнате царил атмосфера сомнений и напряжения: мужчина держался вежливо, но взгляд его говорил о безграничной власти. Я отвернулась от него, сердито проговорив, что не хочу здесь ночевать — и покинула помещение перед тем как усмехнулся над моей реакцией.
— Что, не рада меня видеть? А я вот безмерно рад, что наконец получил тебя, — самодовольно заявил он.
— Поймал, — исправила его, — но не получил. Не надейся, что буду твоей, я — жена Семроса де Разгара.
Гордо вздернула подбородок, подтверждая свои слова. Пусть не питает надежд на счет меня.
— Да брось, теперь ты у меня в гареме, а значит, моя. Ах да, ты же не в курсе. Твоему мужу сообщат, что ты погибла при нападении на обоз, как и твои дружки.
От этих слов внутри все похолодело. Все погибли?! Не может быть, не верю! Я нервно облизнула губы.
— Ты лжешь, — заявила я громко и надрывно, — а даже если и так, то повелитель не поверит, он чувствует меня через связь!"
"Султан улыбнулся еще шире, показывая свои белоснежные зубы. Он явно забавлялся моей растерянностью и желанием найти хоть малую зацепку.
— Вашу связь легко прервать, — иронично проговорил он, хитро прищурив глаза.
Эта фраза заставила меня насторожиться еще сильнее. Что он задумал? Он явно знал, как это сделать.
— И как же? — спросила его, не сводя глаз, сознание подсказывало, что мне не понравится ответ.
— Все просто! Либо ты позволишь надеть на себя ошейник, который скроет твой зов, либо мне придется подготовить покушение на твоего мужа. Конечно, последний расклад не самый удобный, так как может привести к войне, но я готов решиться и на это.
Я широко распахнула глаза, удивленно смотря на этого странного мужчину.
— Ты готов начать войну, только бы я принадлежала тебе? — спросила его осипшим от волнения голосом.
Он вдруг рассмеялся каким-то каркающим смехом. Я даже передернула плечами, отгоняя неприятные ощущения.
— Что такое тысяча для королевства? Пустяк! А вот лирлок в гареме — это престиж. Ты как крупный бриллиант в диадеме. Каждый захочет тебя в коллекцию. Так что да, я рискну.
""Он и правда ненормальный"", — подумала я про себя. Но его слова возымели действие. Мне стало страшно за повелителя, и я вовсе не хотела его смерти.
— Я вижу, ты готова сделать выбор, — сказал султан, довольно улыбаясь своей кривой улыбочкой.
— Ты не оставил мне выбора, — глухо проговорила я, — но учти, этим я спасаю жизнь мужу, а не подчиняюсь тебе.
— Как скажешь, киса. Надевай! — и он бросил на стол тонкий кожаный ошейник, больше походивший на шнурок.
Встав с кровати, я подошла и взяла его в руки.
