Автор
В полутьме месяца, лунный свет создавал таинственный оттенок в кустах камыша и осоке. Учитель шел прямо ко мне, обнаженный до пояса, с непривычной для него элегантностью: магические пистолеты на его животе. В руках ученого был ободраный ремень, а на запястьях — браслет-усилитель. Надменная тишина придавала этому необычному сюрпризу особенную интригу и непредсказуемость....
– Ты не завтракала, – равнодушно сказал кровник. – Идем.
Он отправился дальше, и мне ничего не оставалось, кроме как шагать следом. Чувствовала я себя немного странно. Почему-то именно в этот момент пришло понимание, что обо мне заботятся. И от него было немного не по себе. Совесть нашептывала, что Ару – мой враг, я не должна рассказывать ему семейные тайны, не должна позволять прикасаться к себе. И принимать его помощь и подарки не должна тоже.
Но погода, которая так не нравилась моему кровнику, навевала на меня умиротворение.
Наконец, впереди показались городские ворота, и я поняла, что туда мы и направляемся. Стража отвесила Ару почтительные поклоны - теперь они знали, кто перед ними.
– Куда мы идем? – решилась спросить я.
– Скоро увидишь, – ответил учитель, и по его лицу ничего нельзя было понять.
Через минуту мы свернули с дороги на узкую лесную тропинку. Я шагала следом за учителем по мокрой утоптанной земле, и все меньше понимала, куда мы направляемся.
Озеро оказалось довольно широким, с причудливо изрезанными берегами, заросшими раскидистыми ивами. Голые ветви почти касались воды. Голубые огни, которые мелькали в глубине, я заметила не сразу. А, заметив, невольно подалась вперед.
Я покосилась на кровника и обнаружила, что он с легкой усмешкой смотрит на меня. Но не удержалась и бросила еще один жадный взгляд на воду.
– Нравится? - спросил он и сделал приглашающий жест. - Можешь поплавать.
Уговаривать меня не пришлось. Пакет с оставшимися булочками перекочевал к нему в руки. Я сбросила плащ и замерла на берегу, вызывая водную оболочку. Как только голубой и розовый свет полностью окружили меня, я шагнула в воду.
"На дне было потрясающе, несмотря на хмарь и серость над головой. Я бродила среди магической разновидности водорослей и гладила юрких тритонов. Русалки водили хороводы вокруг меня и переговаривались на своем языке. Только здесь я поняла, насколько скучаю по Инрешвару. По дому, нашему магическому пруду, озерам и полноводной Ресне, в заводях которой Мауро любил гонять стайки серебристых рыбок.
