Автор
В полутьме месяца, лунный свет создавал таинственный оттенок в кустах камыша и осоке. Учитель шел прямо ко мне, обнаженный до пояса, с непривычной для него элегантностью: магические пистолеты на его животе. В руках ученого был ободраный ремень, а на запястьях — браслет-усилитель. Надменная тишина придавала этому необычному сюрпризу особенную интригу и непредсказуемость....
- Если не верите, зачем спрашиваете?
– Верю, – нехотя ответил он. – Во всяком случае, ты точно веришь в то, что говоришь, и больше мне ничего не нужно. Разберемся с его мотивами позже. Итак, ему нужны документы и твое невероятно ценное тело, чтобы узнать, где они…"
"Я уставилась на него в немом изумлении. Пальцы Ару снова коснулись моей щеки, но думала я уже не об этом. Мысленно проклинала тот день, когда впервые при нем открыла рот. Учитель складывал мои намеки и оговорки в правильные картинки, и это пугало. Правда, он на моей стороне.
Я тяжело вздохнула и осторожно отстранила его руку. Дрогнувшими пальцами подняла листок. А затем наиграно бодрым голосом произнесла:
– Но я не понимаю, как это связано с тем, что Шендан делает здесь. И мы должны это узнать.
Ару кивнул и поднял со стола пачку листов. Мы углубились в чтение. Иногда я ловила на себе обжигающий взгляд учителя. Но больше ко мне не прикасались. Я старательно давила в себе сожаления и пыталась сосредоточиться на деле.
Вскоре я поняла, почему Ару заставлял меня писать отчеты о практике. Потому что писал подобные сам. После каждой смены. Огненные оказались теми еще бюрократами и крючкотворами. Отчет о закрытии врат был невероятно детальным, с описанием всех признаков уровня Адских врат, перечислением тварей, которые вырвались через прореху, и рассказом о том, как убивали каждую из этих тварей.
Тот, который я держала в руках, был составлен не только дотошно, но и велеречиво, на старинный манер.
– Не знаю. Не вижу я здесь никаких намеков.
Кровник не растерялся и вручил мне следующий лист:
– Посмотри этот. Через две улицы от того дома, где Шендан оставил заклинание.
Я послушно приняла листок из его рук. Разобрать этот оказалось легче, но я по-прежнему не видела ничего необычного.
Через несколько минут случилось то, от чего я успела отвыкнуть. Руперт постучал, прежде чем вломиться в комнату друга.
– Читай, – потребовал он. – По-моему все, что тут написано, очень подозрительно.
Учитель принял отчет. Я не удержалась и придвинулась ближе. Ару чуть развернул лист ко мне. Почерк патрульного оставлял желать лучшего, и мне пришлось потрудиться, чтобы разобрать каракули.
