Автор
В воскресенье перед Днем космонавтики начинается новая неделя, наполненная душевными путешествиями. Валерий Стеценко всегда вспоминал этот день как самый важный за год, даже больше своего дня рождения и Нового года. Теперь взрослый он продолжает исследовать мир книгами о космосе и физикой, словно снова становясь маленьким мечтателем....
Похоже, «Личные мотивы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Человек, живо интересующийся личностью собеседника, — это два. Причем интересующийся по одной и той же схеме, он даже вопросы задавал одинаковые и Валентине, и Ольге, — это три. Человек, подверженный мыслям о несостоятельности и причинах неудач, — это четыре. А теперь надо из этих четырех составляющих слепить крепкий психологический портрет.
— Ты забыл еще одну деталь. Он прекращает отношения со своими женщинами без всяких объяснений, так, что они даже не понимают, их бросили или что, — напомнила Настя.
— Спасибо, подсказала.
— И более старым, — снова подсказала Настя, дергая Доценко за прядь волос.
— …товарищам, — упорно продолжал Михаил. — Я обращаюсь к вам за консультацией. И не смей меня сбивать, — добавил он, схватив из вазы с фруктами мандарин и засовывая его в вырез Настиного платья.
Настя с хохотом достала мандарин и принялась чистить его. Разделив очищенный плод на три равные части, она сунула дольки в рот Стасову, Доценко и себе.
— Мишка, сюда еще надо прибавить, что твой Гашин — успешный ученый, много чего добившийся в жизни, — проговорила она с набитым ртом. — Это шестой элемент к твоему портрету.
— Но ты обещаешь подумать? — с надеждой спросил Михаил.
— Подумать обещаю. Но результат не гарантирую. Из меня психолог — как из тебя гуттаперчевый мальчик.
— Зато ты анализировать умеешь. Влад, а ты что скажешь?
— Ничего, — помотал головой Стасов. — Фигня какая-то получается.
— Помню, — кивнула она. — Убийство актрисы. Я тогда все удивлялась, какой же у вас там гадючник.
— Вот именно, — поддакнул Владислав. — А не выпить ли нам, друзья мои?
Настя перехватила его руку, потянувшуюся к бокалу.
— Погоди, Владик. Раз уж у нас зашел разговор о психологических портретах, я тоже поделюсь своими сомнениями, может, вы коллективно что-нибудь подскажете. Вот смотрите: есть доктор Евтеев, который за три года до смерти заболевает, перестает работать, два года лежит дома, потом его убивают. Корыстный мотив не выявлен ни в каком виде. Если предположить, что это месть, то надо иметь в виду, что в течение последних трех лет он никому ничего сделать не мог.
