Автор
В воскресенье перед Днем космонавтики начинается новая неделя, наполненная душевными путешествиями. Валерий Стеценко всегда вспоминал этот день как самый важный за год, даже больше своего дня рождения и Нового года. Теперь взрослый он продолжает исследовать мир книгами о космосе и физикой, словно снова становясь маленьким мечтателем....
Похоже, «Личные мотивы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Технику для прослушивания происходящего в квартире Кузьмина раздобыл Стасов, Хану это при всем желании не удалось бы, ведь дело Кротова не входило в круг его служебных обязанностей.
— В общем, как мы и ожидали, Кузьмин все валит на своего умершего коллегу Самосадова, — подала голос Настя Каменская, закуривая очередную сигарету, — хотя ежу понятно, что рассказывает он о себе. Самосадов-то умер два года назад, кто же тогда убил Стеценко, если не сам Кузьмин?"
"— Торопишься, Настя, — отозвался Хан. — Причастность Кузьмина к убийству Стеценко — это только одна из версий.
Стасов потянулся к термосу, налил себе горячего чая и с удовольствием откусил огромный кусок от принесенного с собой гамбургера.
— Это точно, — сказал он, дожевывая, — при такой постановке вопроса Кузьмина привлекать к ответственности не за что: доктора подстрекал не он, и Стеценко на убийство уговаривал тоже не он, а якобы покойный Самосадов.
Ей очень хотелось есть, но она понимала, что Стасов при его габаритах наверняка испытывает голод более сильный, чем она сама.
— Не буду, спасибо, Владик.
— Тогда я его доедаю, с тобой не делюсь? — с надеждой спросил Стасов.
— Доедай, конечно. Если что — я за мороженым сбегаю, вон киоск стоит.
— Это мысль! — оживился Владислав. — Давай-ка сбегай, купи на всех, а мы пока послушаем. Мне шоколадного.
— А мне ванильного, — тут же откликнулся Алекперов.
Спорить не хотелось. Но и идти за мороженым не хотелось тоже. А вот есть, наоборот, хотелось. И когда же она научится наконец быстро соображать, давать правильные ответы, не говорить лишнего и не попадать в дурацкие ситуации?
* * *— А если я найду дядю Валеру и спрошу, как все было? Не боитесь, что ваша выдумка разлетится в пух и прах? — спросил художник.
— Найди и спроси, — Кузьмин пожал плечами. — Только зачем? Неужели ты думаешь, что твой дядя Валера признается? Он будет намертво стоять на том, что убил твою маму на почве личной неприязни, из ревности. Ты ничего не добьешься и ничего не узнаешь.
