В старом доме, заполненном тайными шкатулками и загадочными свитками, молодой историк искал древний друидический манускрипт. Нагибаясь над полами, он перебирал сундуки в поисках редкого текста, но вдруг задумчиво огляделся — уже безнадежная борьба за его находку.
Похоже, «Личный аптекарь императора» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В нём сделаю отвар, — оживился я.
Старик бросил на меня озадаченный взгляд и торопливо двинулся вглубь лавки.
Я ожидал, что чайник будет медный, с длинным тонким изогнутым носиком, но старик поставил передо мной какой-то белый прибор с кнопками."
"— Ну, чего уставился? Делай что хотел, — поторопил старик. — Скоро лавку буду закрывать… И откуда ты этого понабрался? Опять в отцовские дневники заглядывал?
Я кивнул, хотя понятия не имел, о чём он говорит. Повертев прибор в руках, я так и не понял, как им пользоваться, а память паренька упорно молчала.
— Ты открой, а я травы засыплю, — попросил я и взял кастрюлю.
Говорить о том, что я не умею пользоваться этой штуковиной, очень рискованно. А я жить хочу.
Старик раздражённо выдохнул и нажал одну из кнопок. Крышка откинулась. Я засыпал внутрь травы и залил водой.
— Теперь вскипяти, — велел я.
— Ещё чего! Сам включи. Вон розетка под боком, — ткнул он пальцем в разъём на стене. — Думаешь, если головой ударился, то я тебе прислуживать буду? У меня третий день спину ломит, а от тебя помощи не дождёшься.
— Не волнуйся, старик, вылечу я твою спину, — пообещал я, рассматривая провод чайника со штырьками.
Вдруг перед глазами мелькнуло воспоминание, и я понял, что нужно сделать. Воткнул штырьки в специальный разъём и нажал кнопку на чайнике. Вскоре вода зашумела.
Не знаю, как здесь всё устроено, но мне уже нравится. Чтобы нагреть воду без маны, даже печь не надо разжигать. Удобно.
Доводить до кипения ни в коем случае нельзя, иначе нужный мне эфир растений распадётся.
— Какого лешего ты творишь⁈ — воскликнул старик и отдёрнул мою руку. — Свариться хочешь?
Ответить я не успел. Дверь резко открылась, и в лавку зашла пожилая пара. Старик поспешил к ним навстречу, а я окунул палец в воду и тут же выключил чайник. Уже перегрел, даже палец обжёг.
Под прилавком нашёл кружку и осторожно перелил отвар, пока он не превратился в бесполезную жижу. Не спеша потягивая зелье, я внимательно посмотрел на пару.
— Григорий Афанасьевич, у вас, говорят, хороший успокаивающий чай есть. Продайте нам грамм двести, — попросила она, поддерживая мужа под руку. — У Миши с самого утра сердце болит.
— Тут чай не поможет. Лучше к лекарям обратиться, — покачал головой старик.
— Нельзя. Ещё за лечение перелома не расплатились. И так долгов выше крыши.
