Мы торопимся к академии: холодный дождь и промозгливый ветер создают непредсказуемую погоду. Меня защищает управляемый вихрь, но Семён зависит от защиты, созданной его заслона. Спросив у декана, мы надеемся на встречу с коварным профессором Щавелевым, изменившим мою жизнь....
Похоже, «Личный аптекарь императора. Том 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Потому что мне удалось отбиться от его убийц?
— Нет, совсем не из-за этого. Он знал, что Геннадий мёртв, а его подельники ничего не знают и выдать заказчика не смогут. Просто Распутин сам хотел расправиться с лекарем Мальковым — единственным связующим звеном с наёмниками, но не смог его найти. О матери он не знал, поэтому велел своим людям караулить у квартиры. Через пару дней безуспешного ожидания Всеволод понял, что Мальков додумался убежать и спрятаться. Вот с тех пор и ждал, когда за ним придут. И мы пришли, — довольным голосом добавил он.
— Но он же тоже мог убежать? — удивился я
— Все люди разные, — усмехнулся он, — может совесть замучила.
Я только саркастически хмыкнул.
— Понятно. Есть ещё какая-нибудь информация?
Следователь ответил не сразу, он будто взял паузу, чтобы сформулировать то, что хотел сказать.
— По поводу Распутина всё понятно. Он попадёт под суд как заказчик покушения на убийство. Ему светит лет десять каторги, а может и больше. Тут уж как суд решит. Я просто хочу донести до вас его слова.
— Слушаю, — напрягся я.
— Не хочется вас пугать, но Всеволод прямо сказал, что лекари во всём обвиняют вас. Ведь под наказание попали не только Распутины, Мичурины и Боткины, но и все рода, связанные с ними. К тому же лекари знают, что разбирательства начались по вашей инициативе, — по голосу следователя было понятно, что он встревожен.
Однако я ничего нового не узнал. И так было понятно, что виноватыми они себя не считают и будут искать того, на кого направить свой гнев.
— Я не могу приставить к вам охрану, но, если понадобится помощь — можете звонить мне в любое время. Помогу, чем смогу, — с жаром проговорил он.
— Благодарю… — я полез в карман, где лежала его визитная карточка и прочёл имя, — Викентий Гаврилович.
— Пока не за что.
Я закончил разговор и, сверившись с расписанием, двинулся к нужной аудитории. Сейчас должен быть предмет, который обычно ведёт Щавелев.
Я рывком открыл дверь аудитории и увидел… Викторию Сергеевну. Она раскладывала на преподавательском столе какие-то карточки.
Увидев меня, она улыбнулась и приветственно кивнула. Я опустился рядом с Семеном, который не сводил обожающего взгляда с молодой преподавательницы. Аурика, которая сидела с подругой у окна, недовольно косилась на него.
— Какая же она… — мечтательно прошептал он.
