Проснувшись в семь утра, как по будильнику, я решил поехать после завтрака на пожарище, поэтому надел старый поношенный костюм, кроссовки и спустился вниз.
За столом сидели дед и Лида. Пока мать суетилась, накладывая мне сырники и поливая их персиковым джемом, дед развернул утреннюю газету и тут же воскликнул.
— Что же делается-то⁈
— Что такое, Григорий Афанасьевич? — встревожилась Лида.
— Демидова взорвали! — выпалил он и вытаращился на меня.
Я выхватил у него газету и увидел на первом листе заметку и фотографию раскруженной машины.
— «Вчера около семи часов вечера у старого здания Имперского Архива прогремел мощный взрыв, — прочитал я вслух. — По предварительной информации, взорвался припаркованный автомобиль, принадлежащий тайной канцелярии. В результате происшествия пострадали двое человек. Водитель погиб. Глава тайной канцелярии находится в крайне тяжелом состоянии. Лекари никаких прогнозов не дают. Но нам удалось выяснить, что родным сказали готовиться к худшему. На место незамедлительно прибыли сотрудники экстренных служб, полиция и пожарные.
Территория оцеплена, ведутся следственные действия. Причины взрыва устанавливаются».
Я отложил газету в сторону. Это не может быть случайностью. Теперь, когда документ у Демидова, покушались и на него.
Я встал из-за стола и двинулся к выходу.
— Саша, а завтрак? — прокричала мне вслед Лида.
— Не голоден!
Захлопнул за собой дверь, спустился с крыльца и, двигаясь к лаборатории, набрал номер телефона патриарха Коганов.
— Доброе утро, Александр.
Чем могу быть полезен в столь раннее утро? — спросил он.
По голосу было понятно, что он находится в прекрасном расположении духа.
— Вы слышали новость о взрыве?
— Нет. Что взорвали? — вмиг напрягся он.
— Не что, а кого. Главу тайной канцелярии.
— Да вы что! — ужаснулся он. — Он… мёртв?
— Не знаю. В газете написано, что находится в крайне плохом состоянии. Вы можете узнать подробности? — я зашел в лаборатории, подошёл к холодильному шкафу и рывком открыл дверь.
На полке ровным рядком лежали пробирки с различными зельями.
Вчера я потрудился на славу.
— Могу. Всё выясню и перезвоню вам, — заверил он и сбросил звонок.
Я же внимательно осмотрел содержимое пробирок. Пожалуй, у меня есть всё необходимое, чтобы помочь ему. Хотя… эссенцию от ожогов нужно сделать. Наверняка он сильно обгорел от взрыва. Пока я возился с эссенцией, Коган всё разузнал и перезвонил мне.
— Демидов находится в Императорском госпитале. Мне повезло, сегодня там дежурит мой товарищ.
