В аномалию он заходил по чужим документам, поэтому никто из охотников не знал, что уже не один десяток лет с ними охотится не Николай Кротов, а артефактор Платон Грачёв.
Грачёву не доставило бы никакого удовольствия убить врага, который ничего не понимает и не чувствует. Поэтому с другой стороны механизма выдвигался шип с противоядием.
Он вышел из машины, открыл заднюю дверь и, склонившись над неподвижным телом, воткнул шип с противоядием в плечо старика.
— Три, два, один и…
— Кхе-кхе-кха! У-у-у, а-а-а, кха! — закашлялся Распутин и непонимающе уставился перед собой.
— Где я?
Но как только перевёл взгляд на Грачёва, сразу всё вспомнил. В панике он начал оглядываться и, увидев, где находится и что вокруг только покосившиеся деревянные сооружения, запаниковал ещё сильнее.
— Что ты собираешься сделать со мной? — упавшим голосом проговорил он.
— Убить. Я же говорил, — улыбнулся Платон, схватил его за шиворот и выволок из машины. — После того как я закончу, от тебя не останется ничего. Даже косточки.
— Я откуплюсь! Помимо денег, у меня есть драгоценности! Много украшений, которые стоят больших денег. А еще в подвале загородного дома…
— Заткнись! — зло выкрикнул Грачёв и пнул старика в бок. — Если ты ещё хоть раз откроешь рот, я отрежу тебе язык! Вставай и иди к дому. Я не собираюсь тебя тащить на себе.
Он грубо поднял Распутина за руку и подтолкнул к дому.
— Не пойду, — упрямо заявил Василий Денисович и нарочно упал в траву.
Ему было страшно, очень страшно, но он не собирался облегчать жизнь своему похитителю.
— Вставай, скотина! Вставай, говорю!
На Распутина посыпались сильные удары. Грачёв бил его кулаками и пинал. Старик охал и корчился от боли, но даже не думал подчиняться. Пусть лучше убьёт прямо здесь и сейчас, чем будет проводить свои ужасные эксперименты на нём.
— Ну ладно. Ты сам напросился. Всё равно здесь никого нет, и никто не услышит твои крики. А кричать ты будешь долго, пока не охрипнешь. Но и тогда ты не умрешь. Твои мучения будут длиться часами, — процедил Грачёв сквозь зубы и решительно направился к дому.
* * *Я сошёл с дороги и двинулся к машине, прячась за высокой травой и кустами. В это время послышались крики. Подозреваю, Распутина. Хм, не похоже, чтобы он радовался избавлению от смерти.
Стараясь не производить шума, я пробрался через покосившийся сгнивший забор и услышал голоса.
— … Твои мучения будут длиться часами, — расслышал я последние слова.
Голос незнакомый. Но это был явно он — Платон Грачёв.
