В академии магии Эльза и я нашли общего друга, независимо от наших специальностей - она артефактора, а я скрытой целительницы. С каждым днем наши отношения разгорались как огонь, но мы не могли позволить себе даже мечтать о том, чтобы показать другому нашу сокровищница талантов. Теперь настал черед раскрыть волшебную силу Личного целительства Его Светлости, скрываемую от всего мира......
Целитель задумался, но потом кивнул.
- Вы правы, Алекса. Несмотря на столь юный возраст, в вашу голову приходят поистине чудесные и правильные мысли. Благодарю вас.
Чтобы не мешать родителям колдовать над сыном, я вышла. Теперь у меня был повод. У шкафов с медикаментами оставалась ровно столько, чтобы дать им время завершить процедуру и не позволить наделать глупости. В коридоре слышался голос сестры Арш. Добрая женщина пыталась создать хоть иллюзию порядка и облегчить раненым существование до момента, когда их сможет принять целитель, но это ей плохо удавалось.
- Не закончили еще? – спросила она, приоткрыв дверь.
- Нет, но уже скоро, - заверила ее я. – А другие целители заняты? Может часть раненых направить к господину Навиласу?
- Хорошо бы, - чуть улыбнулась она. – Только его нет на территории госпиталя.
- Ка-а-ак? – ахнула я.
Арш пожала плечами и без тени недовольства сказала:
- Возможно, его задержали важные неотложные дела.
Ох… Лично я не знала дел, которые могли бы задержать главу госпиталя в столь критический момент, когда любая пара рук на вес золота, не говоря уж о целительской магии.
В кармане оказалось как раз две конфеты. Мне подпитка не требовалась, а вот горем убитых целителей следовало поддержать. Вернулась я как раз вовремя.
- Эмма, прекрати, - очень тихо, но настойчиво повторял Лойс. – Прекрати. Мы попробуем помочь Алистеру, когда сами накопим сил. Перестань, иначе ты выгоришь…
- Зачем мне магия… зачем мне жизнь, если моего дорогого мальчика не будет рядом… - всхлипнула целительница, и я поняла, что периоды отрицания и гнева прошли.
Невер тоже это понял. Скорее всего, они скрывали свои отношения, но сейчас Лойс подошел и обнял даму. Эмма прижалась к мужчине и разрыдалась, тихо, горько, отчаянно, выплескивая в пространство всю свою боль.
- Можно переводить в палату? – шепотом уточнила я у целителя и вложила ему в руку конфеты.
- Я буду вам признателен, сестра Алекса, - кивнул он.
И пока я ходила за помощью, пока помощники забирали Алистера, Эмма даже не шелохнулась, хотя слезы иссякли, и она уже не рыдала, а лишь изредка всхлипывала."
"- Прошу вас, сестра Арш, проследите, чтобы Алистера положили в отдельную палату, - в коридоре попросила я добрую женщину. – Думаю, его мать это заслужила.
- Конечно, милая. Не беспокойтесь, - заверила меня она.
