В академии магии Эльза и я нашли общего друга, независимо от наших специальностей - она артефактора, а я скрытой целительницы. С каждым днем наши отношения разгорались как огонь, но мы не могли позволить себе даже мечтать о том, чтобы показать другому нашу сокровищница талантов. Теперь настал черед раскрыть волшебную силу Личного целительства Его Светлости, скрываемую от всего мира......
Разумеется, Алистер офицер штаба, и, возможно, близко знаком с главнокомандующим.
Улыбка, которая успела расцвести при виде Ирса, потухла, что не осталось незамеченным, потому что Его светлость нахмурился. Возможно, даже из-за этого он ответил целительнице излишне резко, чем следовало бы, принимая в расчет то, что она мать, чей сын находится при смерти. Вернее, уже не находится, но кроме меня о новом положении дел пока никто не знает.
- Это мой долг, леди, заботиться о каждом солдате, - произнес герцог.
Отвечал он Эмме, а смотрел неотрывно на меня.
- Как себя чувствует Алистер? – Ирс спросил не просто так. Чувствовалось, что ему необходима эта информация, и он искренне переживает за состояние офицера.
- Он умирает!
- Идет на поправку.
Да, ответили Его светлости мы обе, одновременно. Только что готовая разрыдаться леди Крюк передумала и резко обернулась ко мне.
- Идет на поправку? – не веря моим словам, переспросила дама. – Как вам такое в голову пришло, мисс?
Глаза целительницы гневно блеснули. Иногда, переживая личное горе, люди неосознанно начинают винить в нем всех окружающих.
- Посмотрите сами. Господину Алистеру лучше, - спокойно ответила я. В такие минуты тон играет больше значения, чем сами слова.
- Как… Как это возможно? – прошептала она.
Леди устремилась к кровати со скоростью магического дилижанса и склонилась над сыном. Сильный дар целителя очень быстро позволил ей проверить мои слова, и Эмма удивленно повторила, посмотрев на меня сияющими глазами:
- Как это возможно, сестра Ли?
Что я могла ей ответить? Разумеется, правду.
- Думаю, произошло чудо, и Вершитель помог вашему сыну, леди Крюк. Но силе богов очень далеко до силы материнской любви. Его спасли вы и ваша любовь, - просто сказала я.
Отчасти так и было. Проклятье проросло бы сильнее, если бы не песня, которую пела Эмма. Те эмоции, та интонация, с которой она произносила каждое слово, каждый звук, очень напоминали заклинание древних магов.
- Мой сын идет на поправку, Ваша светлость… - все еще не веря в случившееся, пробормотала Эмма и обернулась ко мне: - Благодарю вас, Алекса. Вы… Вы…
- На все воля Вершителя, мадам, - скромно ответила я. – Если позволите, займусь другими неотложными делами.
Леди Крюк кивнула и сказала так тихо, чтобы услышала лишь я:
- Я ваша должница, Алекса Ли.
