Почему, имея столь легкие ранения, раненого направили сюда, а не к, скажем, Рэму Ассену, который занимался незначительными травмами? Почему паренек не приходит в себя так долго, хотя Алекс не использовал стазис? И еще миллион вопросов возник вдруг, пока я промывала, втирала, удаляла и накладывала повязки.
Одно могла бы сказать точно, что примерно об этом думал сейчас и Навилас. Он не находил ответов на те же самые вопросы и от этого злился, что, по-моему мнению, было неразумным, ибо в гневе чутье притупляется, и можно пропустить причину недомогания.
Когда я закончила с обработкой, решила посмотреть внимательнее на тот участок, где стремительно темнел синяк, и куда уже несколько минут пялился Навилас.
- Проклятье! – воскликнул он, чем напугал меня так, что я вздрогнула и едва не отскочила от стола.
Сначала я подумала, что Алекс, как и целитель Невер, не может видеть проклятья темных, а использует слово в качестве ругательства, но тут же отмела эту мысль, потому что смогла рассмотреть сама. И, да! Это было действительно проклятье. Однако, ничего подобного мне ранее не приходилось видеть. Даже в отцовских дневниках не упоминалось о чем-то похожем.
То, что казалось синяком, возможно частично именно им и было, но если приглядеться, используя умения и магию, можно было различить черные точки, снующие под кожей, словно муравьи. Они сливались, делились и множились. Не стремительно, но достаточно быстро, чтобы понять насколько это опасно.
И, как любое проклятье, «муравьишки» выискивали слабое место в теле юноши, чтобы укорениться и прорасти. Хвала Вершителю, что солдат отличался завидным здоровьем и выносливостью. Видимо, лишь поэтому проклятье все еще не причинило видимого вреда, но уже тянуло силы, ослабляя естественную защиту.
- Проклятье… - повторил Алекс и вдруг посмотрел на меня, будто только вспомнил о моем присутствии. – Убери руки, Лекси!
- А? – я как раз поправила повязку, недалеко от начала странного синяка.
- Я сказал, немедленно убери руки от раненого! А еще лучше, отойди от него на метр! Нет, на пять метров! – заорал он. – И вообще, у нас заканчиваются перевязочные материалы. Ты нерасторопна и совсем не следишь за этим. Немедленно ступай и пополни запасы!
Тут он погорячился. За материалами я следила, а уж перевязки у нас и вовсе хватило бы на три операционные. Но я понимала его волнение, как и понимала то, что кричит Навилас вовсе не на меня. Он пытался сейчас обидеть сестру, чтобы та, не задавая лишних вопросов, на которые не было времени, покинула помещение.
Он беспокоился за меня. Алекс, внук папиного врага сейчас боялся за меня и пытался оградить от опасности, которая явно была.