Автор
В Личном интересе читатель погружается в мир смеха и эмоций: от сюрпризов до неожиданных осечек. Словно в шутку, Матвей выдает забавный ляп, заставив вздрючиться маму и бросить вызов своему племяннику. В мире этой книги смех и неожиданности неразделимы — будто дыхание ветра на море....
А я помню! Она постоянно его унижала, высмеивала, сравнивала с его друзьями и ее отцом. Когда они развелись, знаете, я ощутила облегчение. И я честно собиралась невзлюбить Ирэну с первого взгляда, но она оказалась такой... нормальной. Простой. Не злобной гадиной из сериала. Немного даже глупенькой, простите. Папе с ней хорошо. А теперь мама его за это пытается посадить! И я не представляю, что мне делать.
- Честно говоря, кое-что вы все же можете.
- Правда? - она допивает кофе. Водит соломинкой по дну стакана, громко втягивая в себя воздух и остатки кофе, и я ощущаю себя в детском саду.
Дай мне, Господи, терпения, я же стараюсь.
- Вам придется повзрослеть, Вера. К сожалению, когда родители начинают тонуть в обидах и инфантилизме, у детей заканчивается детство. Теперь в этой троице самая взрослая это вы."
"- Но какую сторону мне выбрать? Я и маму люблю, и за папу волнуюсь. Он меня любит больше всего на свете, понимаете?
- Вашим родителям нужно немедленно перестать вставлять друг другу палки в колеса, иначе они друг друга уничтожат.
Она активно кивает.
- Я готова.
- Вот как мы сделаем.
Я объясняю ситуацию, идею и варианты. Вера, не смотря на юный возраст, слушает внимательно, не дурачится. И когда мы возвращаемся в конференц зал, я ощущаю поддержку союзника. Пусть молодого и неопытного, но крайне важного для обеих сторон.
И мы, наконец, начинаем разговаривать.
* * *
Совещание ожидаемо затягивается. Я возвращаюсь в офис ближе к шести и до восьми сижу с документами. В какой-то момент осознаю, что перечитываю страницу на второй раз, но всё равно не понимаю смысл написанного. Откидываюсь на спинку кресла и тру переносицу.
Черт.
Голова гудит непрерывно. Ощущение такое, будто мозг пробивается сквозь бетонную стену. Непрерывная тяжесть и пульсация.
Что бы ни делал, она лишь усиливается.
Больнее. Больнее. Это мешает думать.
Я сосредотачиваюсь на ощущениях, терплю минуты две, а потом что-то внутри взрывается. И терпеть уже не выходит.
Я хватаю со стола статуэтку слона и швыряю в стену. Та с грохотом разлетается на части. Пульс взлетает до максимума, я подскакиваю на ноги и психую. Хожу по кабинету. Какого дьявола? Осколки валяются на полу, завтра уборщица не поймет прикола. Мне этого слона благодарный клиент привез откуда-то из Индонезии.
