Автор
В убогих льняных робах, которые ни в чем неprotected, девушка и юноша плывут по ночной галактике, обнаженные тела поглощаются звездным светом. Ночное море — это мир, где холод кривится от неведения, а любовь не знает границ. Книга "Личный маг для Наследника" открывает эхо гибели цивилизации в бесконечных слепых пространствах, где тепло только от другого сердца может согреть душу....
Просить вот так — унизительно. Наверняка Иво думает, что я хочу особых условий.
И в какой-то мере так и есть. Я верю, что, как только он узнает, что это я, он сразу же отпустит меня, вместе с Орином. А может и вовсе, в благодарность за помощь в побеге тогда, примет в клан Блэкторн — вместе с семьёй…
О его многочисленных обещаниях жениться на мне я особо не думаю. Мы были детьми, одинокими, злыми, не понимающими жизни, знающими о том, что такое семья и отношения только по рассказам пленников, насильно притащенных в исследовательский комплекс.
Он жив…
Я до сих пор не могла поверить что всё это происходит на самом деле. Рей жив, он нашел свой клан, даже возглавил его, стал одной из самых ключевых фигур на Севере! Что с ним случилось? Будет ли у меня возможность поговорить с ним, хотя бы несколько минут?
—Я посмотрю по твоему поведению. Я вижу, что ты куда ничтожнее, чем пытался показывать. Ты не можешь поднимать столько, сколько остальные. Слабеешь быстрее, хотя восстанавливаешься тоже подозрительно быстро, словно камни твоего клана совсем рядом.
Это хорошее объяснение — нужно запомнить, если меня спросят, почему я так быстро восстанавливаюсь.
— Если ты не начнёшь работать усерднее, то я переведу тебя на менее значимую работу. Сам понимаешь, что это означает, коротышка, — угрожающе произнес желтоглазый, словно видел мои страхи изнутри.
Я только поджимаю губы и сердито киваю, возвращаясь к остальным. Несмотря на то, что я опытный, тренированный боец, и в массе, и в силе я уступаю мужчинам.
И остальные тоже начали это замечать.
— Дан? Тебе же не двадцать четыре? Сколько тебе на самом деле? — спрашивает меня Отто на следующий день, замечая, как я с трудом поднимаю огромный каменный блок на телегу. Мои руки, да и всё тело, трясутся, и даже после того как я укладываю булыжник, дрожь не уходит сразу.
Я отмахиваюсь от вопроса Отто, делая вид, будто ничего не слышу, и продолжаю работать: вместе с остальными мы укрепляем внешний периметр крепости, таская массивные каменные глыбы на арбах, которые скрипят под их тяжестью.
Немного отдохнуть мне удаётся, когда я помогаю с приготовлением раствора — извести с примесью жирной глины. А самая худшая работа — поднимать булыжники на высоту, но уже там, к счастью, нам помогает хитрая система рычагов и верёвок. Мне эту работу не доверяют, и это уже крайне плохой знак.
