Александра шагала по заснеженному аэровокзалу, каждый шум за окном подчеркивал ее суетливость. Впереди виднелся коричневый самолет, и она ускорилась, стараясь быть первой на борт. Синее кашемировое пальто аккуратно прижималось к талии в сумке, а шуба небрежно свисала с плеч, словно подстраховка от неожиданностей зимы. В воздухе витало ощущение опасности и дикости, как будто самолет уже полз по ночной твердой пустоте....
Похоже, «Личный трофей опального генерала-1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Из-за двери Кирсанов слышал плач, но, как бы ни хотелось утешить, вторгаться не стал. Предполагая, что ближайшие пять минут никто из комнаты не выйдет, завернул к себе в кабинет и наскоро переоделся. Потом решительно прошел через холл и уселся напротив двери своей спальни, где все еще рыдала Александра Калинина.
«Поплачь, поплачь, — пробурчал он про себя. — Меньше пописаешь!»
Кирсанов уткнулся в сотовый и, войдя в инстаграм, сразу углубился в единственный аккаунт, интересовавший его. Больше в этой социальной сети ничего не привлекло его внимание.
«Одно тебе могу сказать, курочка, — мысленно усмехнулся он. — Я умею сидеть в засаде. И ждать я тоже умею. А бабские слезы на меня никогда не действовали,» — зло бросил он и тут же оборвал сам себя. Слезы Александры прожгли дыру в сердце и затопили горячей волной давным-давно замершую душу.
Александра выплыла павой минут через пятнадцать, торжественно держа перед собой, будто священную чашу Грааля, полный горшок. Она долго возилась в санузле. Видимо сначала намывала трон Алексея, а потом феном сушила волосы. Кирсанов заглянул в спальню, где его сын увлеченно смотрел мультики по ноутбуку. Мальчик слабо улыбнулся и снова уставился в экран, где, как сумасшедшие, носились огромный коричневый медведь и маленькая девочка в розовом платьице и такой же косынке.
«Хорошо хоть, мой халат не сняла и цветы не выкинула», — хмыкнул он про себя, а вслух заметил не терпящим возражений тоном:
— Я настаиваю на браке, Александра. Так больше продолжаться не может.
— Почему? — вскинулась она, явно не ожидая повторного предложения.
— Видишь ли, моя прелесть, — едко заметил он. — Я согласен ссориться с женой и потом так же бурно мириться в постели, а вот мотать мне нервы какой-то посторонней бабе никогда не позволю.
— Да? — приподняла одну бровь она и отрезала: — Я подумаю, Сергей Юрьевич.
Глава 14
Удалившись к себе, Кирсанов долго не мог совладать собой. Все мысленно спорил с Санькой, пытался объяснить ей свою позицию. Иногда прислушивался к шагам.
«Хотя это точно лишнее, — про себя усмехнулся он. — У нас на входной двери нижние замки такие-хрен откроешь. А постороннему человеку никак не справиться.
