Александра вылетела первой и ощущала себя последней, словно лишняя перчатка в рукавице. В сумке под завязку была набита необходимая одежда для холодной зимы, а синее кашемировое пальто аккуратно лежало рядом. Поднимаясь по ступенькам самолета, она слышала последние увещевания проводника перед взлетом, напряженно озираясь вокруг в ожидании приземления....
Похоже, «Личный трофей опального генерала-1 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Кто-то целенаправленно убирает людей в твоем окружении.
— Так бывает в жизни, — тихо пробормотала Александра. — Не стоит из трагических случайностей городить вселенский заговор."
"— Потом обсудим, — отрезал он. — А пока подумай, куда ты пойдешь на ночь глядя, и не стоит ребенка трепать в поздний час по метро и темным улицам. С завтрашнего дня я оставлю охрану, и у тебя появится такая долгожданная свобода. А вообще, зачем я беспокоюсь? — пробурчал он. — Мне же на руку, если ты ласты склеишь. Сделаю анализ ДНК и по суду вступлю в отцовство.
Кирсанов даже не ожидал, что ребенок услышит, а тем более поймет его последнюю реплику. Но, видно, страх матери передался и ему. Мальчик бросился к ней и разрыдался.
— Вы абсолютно правы, — прошипела она. — А теперь я прошу вас уйти. Пожалуйста!
А когда за хозяином дома закрылась дверь, Александра от полной безнадежности разревелась вместе с сыном.
Из-за двери Кирсанов слышал плач, но, как бы ни хотелось утешить, вторгаться не стал. Предполагая, что ближайшие пять минут никто из комнаты не выйдет, завернул к себе в кабинет и наскоро переоделся.
«Поплачь, поплачь, — пробурчал он про себя. — Меньше пописаешь!»
Кирсанов уткнулся в сотовый и, войдя в инстаграм, сразу углубился в единственный аккаунт, интересовавший его. Больше в этой социальной сети ничего не привлекло его внимание. Только великий топ-блогер с пятьсот кило подписоты. Кирсанов покосился на дверь и ничего не услышал.
«Одно тебе могу сказать, курочка, — мысленно усмехнулся он. — Я умею сидеть в засаде. И ждать я тоже умею. А бабские слезы на меня никогда не действовали,» — зло бросил он и тут же оборвал сам себя. Слезы Александры прожгли дыру в сердце и затопили горячей волной давным-давно замершую душу.
Александра выплыла павой минут через пятнадцать, торжественно держа перед собой, будто священную чашу Грааля, полный горшок.
