Взяв билеты и поспешно собираясь, Александра уже чувствовала себя неуверенной в своем решении лететь на встречу с начальством. Лето надвигалось неразбавленным жаром, заставляющим каждый шаг казаться долгим и тяжелым. Встреча начиналась здесь же — в самолете, где каждая маленькая хлопота нарушала напряженное ожидание....
Похоже, «Личный трофей опального генерала. Часть 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Даже не подозревал ничего. До сих пор в шоке.
– Ладно, – усмехнулся Егоров. – В шоке он! Ты же не гламурная киса, Бек. Давай сразу отправляйся. В отдел кадров только зайди. Я сейчас распоряжусь, чтобы все оформили.
– Нет, – упрямо мотнул головой Кирсанов. – Во-первых, задним числом не получится, – пробурчал он. – Я вон «Аэрофлотом» сегодня дважды летал. При утечке информации сами себе хуже сделаем. Тогда уж точно журналисты из каждой подворотни завоют о подозрительных фактах.
– А во-вторых? – хмуро осведомился Гоголь.
– Я не могу сейчас уехать, бать, – признался Кирсанов своему командиру.
– Из-за женщины этой, что тебя бортанула? – хрипло бросил тот.
– Нет, – мотнул головой Кирсанов, прекрасно понимая, что строптивая Санька обрадуется его отсутствию. – Из-за сына. Обещал ему быстро вернуться. Только с ним и с его матерью в контакт вошел.
– Ну и что мне с тобой делать, Сережа? – хлопнул себя по ляжкам Егоров и, тяжело поднявшись, подошел к окну, выходившему во внутренний двор.
– Ты же понимаешь, что если сейчас будешь работать как ни в чем не бывало, то это приведет к отставке. Выпрут под зад коленом. А я против. Ты мне еще здесь нужен.
– Отправьте меня в отпуск, Николай Васильевич, – хмуро предложил Кирсанов. – Там, наверное, лет за пять накопилось. А это прямое нарушение законодательства.
– Напиши жалобу в трудовую инспекцию, – фыркнул Гоголь. – Повесели публику, Бек!
– Заявление на отпуск напишу задним числом и уеду к сыну. А общественности объявите, что обязанности командира «Секиры» временно возложены на генерала Бердянкина.
– Он тоже под подозрением у следствия, – рыкнул Егоров. – Как бы вас вообще не расформировали к чертям собачьим.
– Почему, бать? – зло ощерился Бек. – «Секиру» сдавать нельзя. Пусть я в отставку уйду.
– Да подожди ты! – не выдержал Егоров и чуть прихрамывая заходил по комнате.
«Были когда-то и мы рысаками, – с болью подумал Кирсанов. – Раньше Гоголь и поворотом головы не выдал бы беспокойство. А сейчас поди давление долбануло. Плюс диабет и осколочное ранение в ногу. Батя, батя, – мысленно обратился он к Гоголю. – Живи вечно!»
– Ладно, – пробурчал недовольно Егоров.
