В сумерках над павильоном висел запах свежесрубленного дерева, и двое босяков шли с паleta в руках, ожидая начала веселья. На афише нарисована красотка Дина Дурбина — кумир для всех дам Одессы, готовых выйти за богатого любовника. В воздухе летал смех и барская усмешка надежд, наполняя сердце беспокойством и жаждой приключений....
Мимо то и дело конвойные проводили задержанных, из-за дверей кабинетов вырывался стрекот пишущих машинок.
— Тишак звонил из Херсона, — приглушенным голосом говорил Довжик, держась за лоб, скрытый под повязкой. — Начальника госпиталя нет, будет только через два дня. А без него никаких документов по Арсенину не выдают. Ну, он поспрошал его сослуживцев пока что… По их словам, ничего подозрительного. Отзывы все положительные, единственное — ни с кем не поддерживал близких контактов, жил одиноко…
— И справка из штаба округа только завтра будет… — скрипнул зубами Гоцман.
— У нас людей не хватает, — заметил Довжик, но Гоцман покачал головой:
— Арсенин сейчас важнее…
— Еще одно, — помявшись, проговорил Довжик. — Старика-психиатра… ну, 22-я квартира… контрразведка ищет.
— Ну, так не нашла ж пока?.. — раздраженно отозвался Гоцман.
— Давид Маркович, я ж обещал, что никому, кроме вас…
В дальнем конце коридора из своего кабинета появился Кречетов, приветственно махнув рукой, двинулся по направлению к офицерам.
— Михал Михалыч, а ты Кречетову за старика ничего не рассказывал?
— Н-нет… А надо было?
— Та в том-то и дело, шо…
Договорить Гоцман не успел. Из-за поворота стремительно показалось трое офицеров МГБ во главе с полковником Чусовым.
— Давид Маркович, а мы к тебе! — издалека окликнул Гоцмана полковник.
— С чего? — недоуменно поднял брови Гоцман.
— Служба! — улыбнулся Чусов, приближаясь к Давиду, и неожиданно, резко согнав улыбку с лица, жестко скомандовал: — Взять его!.. Подполковник милиции Гоцман, вы арестованы!..
Офицеры МГБ, схватив Давида за руки, встали по обе стороны от него. Чусов, умело охлопав пиджак и галифе Гоцмана, вынул из карманов пистолет и удостоверение, переложил к себе в карман. Давид, криво усмехнувшись, подчинился.
— Может, хоть скажете, за шо, товарищ полковник?.. — неожиданно хриплым голосом осведомился он.
— Я вам не товарищ! — гневно перебил Чусов. — А за что именно вас арестовывают, вам должно быть прекрасно известно, Гоцман… или как вас на самом деле?.. Увести!
Офицеры МГБ, ухватив Давида за локти, волоком потащили его к выходу. Дежурный лейтенант растерянно отдал честь, провожая начальство расширенными от изумления глазами.
Довжик и Кречетов тоже обменялись непонимающими взглядами. При этом Кречетов мимоходом поправил и застегнул кобуру.
